— Так вот, этот вирус, который они выпустили на Хиелоре, уничтожил само понятие вида. Вот почему ты здесь не встретил и двух одинаковых растений или животных. Каждое из них имеет собственную генетическую структуру, отличную ото всех остальных. И каждое из-за дьявольского коварства этого вируса умудряется производить на свет вполне жизнеспособное потомство, в корне отличающееся от своих родителей. Причем мать никогда не знает, не может знать, чьи гены принес с собой оплодотворивший ее вирус.

— А разве это так уж плохо, Арни? Ведь он же никого не убивает.

— Уж лучше бы он убивал. А так… Подумай сам, каково это для женщины — не знать, кто у нее родится: помесь человека со слоном или с баобабом? Или вообще с каким-нибудь клещом. Жители Хиелоры слишком поздно поняли, какую глупость они совершили, и справиться с вирусом уже не смогли. Потому что разум оказался рецессивным признаком и практически никогда не наследовался. Они все вымерли от старости, а их потомство… Те аборигенки, которых ты видел — не более, чем зверюшки, несущие в себе часть человеческого генома.

Некоторое время Тинг подавленно молчал. Но потом природная жизнерадостность взяла верх.

— Ну хорошо, Арни, но нам-то с тобой какое до этого дело? Ты же сам говоришь, что этот вирус не угрожает жизни. А рожать детей мы, по-моему, и так не собирались.

— Мы-то не собирались. А где гарантии, что мы не занесем этот вирус в другие миры?

— Ну не знаю… Карантин пройдем. Полечимся, наконец.

— Карантин… Только на карантин и надежда, — с сомнением в голосе сказал Арни.

До обеда они больше не разговаривали. Арни занимался навигационным блоком, а Тинг усердно читал в справочнике статью о Хиелоре. Наконец, когда подошло время обедать, он отложил справочник в сторону и сказал:

— Так я правильно понял, что теперь к общему, так сказать, генофонду Хиелоры добавились и мои гены?

— Правильно, Тинг, правильно, — поджав губы, ответил Арни.

И тут Тинг захохотал. Он смеялся так долго и заразительно, что в конце концов и Арни не выдержал и тоже засмеялся. Лишь минут через пять, с трудом подавив приступ хохота, он выдавил:

— Т-ты ч-чего смеешься?

— Да я п-подумал, — вытирая слезы, через силу сказал Тинг. — Как смешно это будет. П-представляешь, разрезают арбуз, а из него вылезает м-маленький человечек — точь-в-точь как я, — и он снова захохотал.

Когда через три месяца Мурка принесла четырех детенышей — розовых, с длинными хвостиками и острыми кошачьими ушками, но во всем остальном удивительно похожих на Тинга — им обоим стало не до смеха.

Галина Усова

ШЕРШЕ ЛЯ ФАМ

— Жером Жестен! Шеф ждет вас.

Жером вскочил с кресла, встал навытяжку и низко наклонил голову.

— Благодарю вас, мадемуазель, — звонко обратился он к пустому пространству. Ничего другого не оставалось, ибо пригласивший его женский голос дошел до него всего только через микрофон, обладательница же его, судя по тембру, молодая и с приятной внешностью, находилась вне пределов видимости. Во всяком случае, в приемной Жером сидел в одиночестве, а дверь оттуда, как выяснилось, вела прямо в кабинет шефа — никакого закутка с телефоном, где могла бы помещаться секретарша с мелодичным голосом. Но вежливость прежде всего, особенно с дамами. И Жером от души поблагодарил голос, стащив с темных кудрей ослепительно новую фуражку со светло-синим околышем, на котором красовалось изображение золотого солнца, на отходящих вверх лучах полукругом расположились буквы ФДКП — Флот Дальних Космических Перевозок. Устав Флота допускал относительную свободу и не требовал обнажать голову перед начальством, но Жером не мог не снять фуражку перед дамой, даже если ее не видно. Кто знает, а вдруг она видит его на своем экране?

Адмирал Делабре окинул Жерома с головы до ног, как ему показалось, неприязненным взглядом. «Так и есть, Анни уже успела нажаловаться», подумал Жером с тревогой. Не надо было с ней связываться. Чувствовал ведь, что она из тех, кто потом жалуется на тебя начальству. Теперь дела не поправишь.

Взгляд адмирала сделался открытым и доброжелательным. Видимо, произведенный осмотр чем-то удовлетворил Делабре.

— Лейтенант Жером Жестен?

— Да, мой адмирал! — Жером нахлобучил фуражку, лихо выпустил из-под козырька темную прядь — пусть полюбуется старик на неотразимого лейтенанта, пусть посмотрит, какие красавцы служат у него в космическом флоте!

— Командование флота оказывает вам большую честь, лейтенант, — голос Делабре звучал сурово, но в душе у Жерома все запело: не знает, не знает! Он еле сдержался, чтобы не перекувырнуться прямо на старом вытертом ковре.

— Слушаю, мой адмирал, — отчеканил он, засияв самой ослепительной улыбкой, на какую только был способен.

— Вам доверяют секретное поручение чрезвычайной важности. От его выполнения в значительной степени будет зависеть дальнейший прогресс человечества.

— Готов служить человечеству, шеф! — горячо сказал Жером.

— Это поручение ГУКа, — Делабре смотрел на него испытующе.

— То есть Главного Управления Колонизацией? — не задумываясь откликнулся Жером.