— Мы не убегали, — вмешался Ник, с некоторой опаской косясь на Нортона-старшего. — Мы отправлялись на помощь Василисе и…

— Вас поселили в Черноводе не затем, чтобы вы сбегали! — вновь прогремел голос Черной Королевы. — Мало нам, что Василиса убежала? Еще и вас пришлось бы спасать!

— Мы переживаем за то, что сейчас происходит в Змиулане, — тихо, но твердо произнес Маар. — Пока мы здесь отсиживаемся, Василиса и Захарра в большой опасности.

— И Фэш, — сердито добавил Ник.

Нортон-старший встал с кресла и, заведя руки за спину, уставился на младшего Лазарева.

Тот побледнел, но не отвел взгляда.

— Разве твой отец не сообщил, что Василисы давно нет в Змиулане?

Ребята растерянно переглянулись.

— Как это нет? — поразилась Диана.

— Это точные сведения? — не поверил Маар.

— А где же она? — удивленно спросил Данила, невольно почесав в затылке.

Нортон-старший медленно повернулся к нему.

— В плену, у враждебной Драгоциям семьи, — равнодушно произнес он.

— Впрочем, у Столеттов Василиса находится в большей безопасности, чем в Змиулане, — ввернула Черная Королева.

— Но вы же собираетесь что-то предпринять, да? — с надеждой спросил Ник, поворачиваясь к отцу Василисы.

— Конечно, — последовал его холодный ответ. — Вам же советую вернуться в свои комнаты.

ГЛАВА 24

ДОЖДЬ

Из окна Василисиного жилища хорошо просматривалась вся деревня — высокий, раскидистый платан на площади, мощенной серыми плитами, домики на скалах, извилистые дорожки, ухоженные сады, огороды и виноградники.

Но почти всегда ее взгляд обращался к Драголису, снова и снова… С большого расстояния лес не казался опасным и таинственным, наоборот, выглядел обычно — ровные ряды молодых дубков, тонкие лиственницы, березы и ярко-зеленые елочки, а над ними высокие черные сосны — как на красочной пейзажной картине.

Часы на стене только пробили семь утра, а под дверью уже свалили вещи для тиккеровки: старые часы в резном деревянном корпусе, шкатулку, обитую медными уголками, моток бечевки, ржавую часовую стрелу, овальное серебряное блюдо, топорище, линялую подушку с надорванным краем и даже старую куклу с игрушечной часовой стрелой в руке.

Прикинув объем предстоящей работы, Василиса с грустью подумала: прав был Астрагор, люди непременно захотят использовать дыхание Времени для своих обыденных нужд. А что, если Хронимаре, ее детям и всем остальным родственникам так понравится умение Василисы, что они захотят оставить ее здесь навсегда? Василису даже передернуло от ужаса.

Как всегда по утрам, она сделала быструю зарядку, собираясь приступить к тиккеровке ржавой стрелы — самой интересной вещи из этого хлама, и тут что-то отвлекло ее внимание — словно случилось нечто особенное, непривычное…

Через какой-то миг Василиса поняла — это тишина. Окинув внимательным взглядом долину, она не поверила собственным глазам: в деревне не было ни одного человека. Ни на площади, ни во дворах, ни в поле… Даже внизу, возле лесенки, никто не стоял!

Вновь обведя внимательным взглядом всю долину, Василиса задержалась взглядом на Драголисе, темневшем вдали непрерывной темно-зеленой полосой.

Вдруг кто-то накрыл ладонями ее глаза. Она ощутила позади чье-то легкое дыхание, коснувшееся ее правого уха.

— Фэ-эш?

— Ну да. Или ты думала, кто-нибудь из местных? — пошутил мальчик, появляясь перед ней.

За время пребывания в долине Фэш сильно загорел, отчего его голубые глаза стали еще ярче и пронзительней.

— М-да, не позавидуешь, — прокомментировал мальчик, оглядывая гору хлама. — Наверное, грустно растрачивать столь ценный дар на нудную опись имущества. Жаль, что твой отец не видит. Наверное, он сошел бы с ума от гордости.

— Вот только не надо сейчас о моем отце, — вяло огрызнулась Василиса. — Как ты смог ко мне пробраться? Где живешь? Что делаешь?

Вопросы так и посыпались на Фэша.

— Да ничем не занимался, только виноград собирал, — пожал тот плечами. — Столько корзин перетаскал, ты не представляешь! А поселили тоже в отдельном доме, очень похожем на твой… Только он ветхий, даже дырка в крыше есть. Хорошо, что сильного дождя не было. А про тебя мне мальчишка проговорился, который с тобой работает — он всем уши прожужжал, какая ты крутая часодейка.

Василиса моментально залилась краской. Тем более что по виду Фэша никогда не поймешь, когда он насмехается, а когда комплименты говорит.

— Слушай, а куда все подевались?

Улыбавшийся во весь рот Фэш моментально посерьезнел.

— Все Столетты дружной толпой ушли к тайному источнику… Это их традиция — умываться где-то в горах, за неделю до праздника Желтых Огней. Чужаков на такие мероприятия не приглашают. Похоже, мы остались одни. Совсем одни, — добавил он со значением.

— Погоди-погоди, — заволновалась Василиса, — в таком случае…

— Бежим, — подхватил Фэш. — Сейчас, пока в деревне никого нет.

— А как же Драголис? — прошептала Василиса, оглядываясь. — Он не задержит?