Дверь моментально распахнулась — в комнату влетело сразу три охранника с времмами наперевес.

— Ого, сколько защитников! — шутливо оценил Родион Хардиус. — Уж не постарела ли ты, Хронимара?

— Не переживай, у меня хватит сил испортить лицо старому прохиндею. — Часовщица помедлила, но все же отозвала охрану нетерпеливым жестом.

— Ну что же… — начала Хронимара, после того как дверь закрылась. — С тобой нельзя долго разговаривать. — Она мрачно усмехнулась. — Никогда не знаешь, что творит за спиной твоя вторая сущность…

— Я передам от тебя самый горячий привет Астариусу… Ну а сейчас позвольте откланяться, уважаемая Хронимара, дела ждут.

— Дела! — хмыкнула та. — Знаю я твои дела… Но учти, я еще не выбрала, на чьей мы стороне. Так и передай Зодчему Кругу. Хотя твои откровения по поводу Алого Цветка пошатнули мою решимость.

— Ну что же, тогда до следующих переговоров. Рад был поболтать!

— Иди уже, — устало махнула рукой часовщица. — Смотри мне, не загуби девчонку-то.

Родион Хардиус приподнял шляпу и исчез в сероватой дымке перемещения — вихрь, прорвавшийся из другой параллели, мгновенно загасил все свечи.

Хронимара вновь села за стол, чтобы вернуться к прерванному письму. И вдруг решительно скомкала лист и изо всей силы запустила им в стену.

…Когда Родион Хардиус так неожиданно появился у Хронимары в гостях, на площади начались танцы — музыка заиграла еще веселей, вокруг платана закружились пары.

Вскоре шум и гам чужого веселья настолько надоели Василисе, что она решила добровольно вернуться в свое «соломенное» жилище. В конце концов лучше посвятить вечер разглядыванию портрета мамы в медальоне или же вызвать из янтарного кулона воспоминание «лесного чаепития», чем пялиться на тех, кто держит ее и Фэша в плену.

Василиса еще раз окинула взглядом окрестности, вновь невольно залюбовавшись желтыми огоньками, как вдруг ее внимание привлекла калитка, ведущая со двора. Возле нее всегда стояло два охранника — и днем, и ночью. А сейчас там никого не было.

Может, они тоже ушли на праздник? Тогда Василиса может пробраться на улицу, чтобы попытаться найти тот погреб, в котором закрыли Фэша. Что там говорил Александр?

Неожиданно ее размышления прервали: кто-то сзади схватил ее за плечи, одновременно закрывая рот рукой.

— Тихо, — коротко произнес довольно знакомый голос. — Не кричи, а то привлечешь внимание.

Он осторожно отпустил ее, и Василиса тут же прошептала, оборачиваясь:

— Рэ-эт?!

— Уходим! — коротко произнес тот, попутно что-то вырисовывая острием часовой стрелы в воздухе. — Переход уже проложен, мы выйдем из нуль-зеркала в Часовой зале.

Прямо в воздухе проявилось большое зеркало в богатой золотой раме — его поверхность поблескивала, по ней пробегала легкая, серебристая рябь.

— Без Фэша я никуда не уйду, — заявила Василиса.

— Вот за кого не стоит переживать, — усмехнулся Рэт. — Его похищением занимается Рок. И давай побыстрее, иначе мы не успеем вовремя смыться… К тому же я хочу прийти первым, чтобы получить награду.

И он, крепко обняв Василису за плечи, влетел вместе с ней в зеркало.

ГЛАВА 26

НОВЫЙ ДОГОВОР

В пасти золотого льва ярко полыхало оранжево-красное пламя — только что подкинутые дрова отлично разгорелись. Впрочем, в кабинете Астрагора все равно было холодно и царил полумрак, но сам хозяин этого совсем не замечал.

Сидя в кресле с высокой спинкой, он держал в руках большой старинный часольбом, украшенный трилистниками, и внимательно рассматривал часограммы.

Тихо шуршали переворачиваемые листы, и при взгляде на новую часограмму великий Дух Осталы что-то бормотал, припоминая.

— Да, недооценил я тебя, Нортон Огнев, — вдруг проговорил он. — Как жаль, что я не вижу твоего лица на самых последних страницах…

В дверь кто-то осторожно постучал. Испуганно скрипнули дверные петли, пропуская взлохмаченного мальчишку.

Сидящий в кресле медленно повернул голову:

— Ну что же, заходи, дорогой племянник.

Фэш подошел вразвалочку, изо всех сил стараясь принять независимый вид. Его взгляд упал на часольбом в руках Астрагора, и мальчик невольно отступил назад, словно увидел что-то страшное.

— Как ты думаешь, почему я вернул тебя из Пустоты?

Фэш неопределенно пожал плечами, но отвел глаза.

Дух вальяжно откинулся на мягкую бархатную спинку кресла, с удовольствием потянулся, побарабанил тонкими, длинными пальцами по лаковым подлокотникам.

— Как хорошо быть юным, — задумчиво произнес он. — Мир видится позитивным, люди — дружелюбными, жизнь — бесконечной, а любые приключения — заманчивыми. Да и будущее, даже самое близкое, кажется чем-то эфемерным, нереальным, радужным… что радостно маячит где-то там, в неизвестных далях, за едва видимой чертой горизонта… Но будущее неумолимо наступает, размалывая настоящее в прошлое.

Астрагор умолк, прикрыв глаза. Несмотря на молодое лицо, он выглядел усталым: лоб покрылся сеткой мелких морщин, под глазами пролегли тени, подбородок заострился, а кожа приобрела бледный, мертвенный оттенок.

Фэш неловко переминался с ноги на ногу, ожидая продолжения речи. Но учитель не спешил.

В камине миролюбиво потрескивал огонь.