Читаем Чаша волхва полностью

— Естественно, — устало отозвалась ведьма. — Хотя наша основная версия, что это кто-то из вас четверых. Просто кто-то не заснул. Но Егор отстоял вашу невиновность. Что, в принципе, после леденцов и так очевидно. И отец Анатолий отпал, благодаря своему весу. Ведь на камере у ворот засветился человек явно другой комплекции.

— Да, там вообще о комплекции говорить трудно, — признался отец Феодор. — Темно. Камера далековато. Это мог быть и я. По комплекции. Так точно вес и рост не определишь. Но отца Анатолия точно ни с кем не спутать.

— И мы опять вернулись к тому же самому, — развела Елена руками. — Ничего не проверишь.

— Не совсем, — как бы нехотя заявил отец Феодор. — В чем-то вы правы.

— И в чем? — без энтузиазма спросила ведьма.

— Решай сама, — вдруг перешел он на ты. — Я кое-что проверил… Егора могли убить ночью. Спасла сигнализация.

— Ну, да, — кивнула Елена. — Кто-то из нападавших поджег библиотеку.

— Чем? — усмехнулся монах. — Сигаретой? Которые они об Егора тушили?

— Не поняла… — Хозяйка Бюро уставилась на монаха.

— Библиотека загорелась позже, — сказал он. — Я проверил. Первый сигнал был из коридора. Сработал маячок рядом с игуменским кабинетом. А второй через пару минут в библиотеке.

— Вот как!!! — Ведьма вскочила со стула и попыталась пройтись по келье. — А что вообще в библиотеке сгорело?

— Несколько подшивок старых журналов. — Отец Феодор смотрел на нее с усмешкой. — Ну, потом пострадала пара полок. Но гореть начало в метре от того места, где они его…

Елена поморщилась. И так понятно, что они там с Егором делали. Она еще помнила боль от чужих побоев.

— Ладно, — сказала она. — Похоже, нам этой ночью будет интереснее, чем мы можем предполагать. В паре Альбина и неизвестный каждый работает на себя. Понять бы, кто опаснее.

Монах пожал плечами. Они обменялись еще парочкой дежурных фраз, и Елена удалилась.

Алек пытался лежать в кресле. Оно было с высокой прямой спинкой и твердыми резными подлокотниками. Ему было неудобно, но встать и переместиться куда-то в другое место у Алека не было сил. Он вымотался. И его все раздражало.

Монастырь, конечно, поражал своим богатством, особенно с точки зрения обычного обывателя, далекого от мира религии. Но эти гостевые номера… Просто свалка старой мебели какая-то. В «офисе», как они назвали расположенные в другом крыле этого же здания служебные помещения, было привычнее. Алек с Павлом проторчали там пять часов подряд. И магу там ужасно надоело. А тут… просто плохо. Надо было бы покинуть этот холл и дойти до отведенной им спальни, но он побоялся. Там наверняка мебель такая же бестолковая, как и тут. Спать в таких условиях нереально. Он будет чувствовать себя забытой мумией. Или музейным экспонатом. Но поспать надо. Может, на полу?..

— Эй, — тихо раздалось от двери. Вошла Елена, уверенно цокая каблуками по деревянному полу.

Алек указал на ее ноги.

— Ну не могу я! — стала оправдываться его дорогая подруга. — У меня в этих кошмарных кроссовках ноги отваливаются.

Он попытался улыбнуться. Никто не сомневался, что ведьма в спортивной обуви долго не протянет.

Елена тем временем подошла ближе, присела перед ним на корточки, взяла за руку.

— Да ты практически на нуле! — возмутилась она. — Алек! Вот зачем ты себя доводишь?

— Ее найти оказалось не так просто. — Он с трудом ворочал языком. — Чтоб я какую-то маньячку не сделал…

— Понятно. — Елена вскочила. — Сейчас принесу лекарство. Никуда не уходи.

Последняя фразочка прозвучала язвительно. Она сама улыбнулась своей садисткой шутке.

На какую-то миллионную долю Алеку стало лучше. Когда он так выматывался, то любая положительная эмоция окружающих становилась… пищей. Какие они все-таки с дорогой подругой разные. Когда у той начинается отходняк после растраты слишком большого количества сил, Елена превращается в энергетического вампира, доводит всех до крайней степени раздражения и питается щедрым потоком отрицательных эмоций. А Алек просто хиппи какой-то, дитя цветов. Ему бы песенку душевную, слово ласковое, хотя бы улыбку.

— Ну, не сбежал? — Елена вернулась быстро, неся в руках кружку с каким-то ароматным напитком. И главное, она опять улыбалась. Какая она иногда хорошая бывает.

Алек попытался сесть в кресле ровнее, чтобы принять у Елены кружку.

— Это что? — спросил он.

— Тут всего понемногу, — продолжая ласково улыбаться, стала рассказывать подруга, при этом чуть поглаживая его по руке. Алек знал, что сейчас она просто тихонечко делится с ним силой. Но возразить, запротестовать не мог. Да и вряд ли она послушалась бы. — Конечно, прежде всего иван-чай. Потом немного ромашки. Календула, и… еще какие-то вкусные и полезные травки… А! Земляника и лимонник. Отец Василий мне выдал целый ворох всего этого. Он хороший дядька, хоть и монах. Так что пей спокойно.

Алек послушно сделал пару глотков. Было вкусно. Чай теплом разливался по телу, и ему хорошело. Так… после того, как допьет, можно даже попробовать пережить обед.

— А после еды сразу спать, — как маленькому, ласково, но твердо велела подруга. Она залезла в его мысли. Но опять же, пока он не протестовал.