Читаем Час Самайна полностью

— Только теоретически. Не было на чем упражняться, — от­ветил Паша, восхищенно рассматривая черное блестящее чудо. В мыслях он уже видел себя за рулем.

— Я тоже не умею. Придется взять с собой Бориса, — ска­зала девушка и отвернулась, открывая дверцу. Внезапно Паша полетел в одну сторону, его оружие в другую, а в спину девуш­ки уперся ствол пистолета.

— Без глупостей! Я тебя недооценил, — послышался голос недавнего собеседника в автомобиле. — Впечатляюще, достой­но самого Мессинга!

— Борис! — скомандовала девушка, пытаясь мысленно от­дать команду. В экспериментах, проводимых в лаборатории Барченко, Жене в половине случаев удавалось достичь этого с погруженными в глубокий транс. Но стоявший за ее спиной человек среагировал быстро. Ствол пистолета на мгновение оторвался от ее спины. Борис упал на землю, обхватив про­стреленную ногу и крича от боли. Болевой шок мгновенно вывел его из транса, и здоровяк не понимал, что происходит, как он оказался здесь и кто его ранил.

Паша, заметив, что внимание от него отвлеклось, изловчил­ся, перекатился к лежащему пистолету, схватил его, направил на мужчину, стоявшего за спиной Зоряны, и нажал на курок. Но выстрела не последовало. Его удивление через мгновение сменилось болью, хрипом из простреленного легкого, крова­выми пузырями, ползущими изо рта. Тело больше ему не при­надлежало, осталась лишь нестерпимая боль. Пистолет, лежа­щий рядом, больше не волновал его затуманенный взор. Его пальцы скребли землю, словно прося у нее помощи, ноги кон­вульсивно подрагивали.

— Он сам нарвался, я не хотел его убивать, — сказал муж­чина за спиной девушки. — Чтобы выстрелить, надо было снять с предохранителя и дослать патрон. Его смерть на твоей совести. Он больше не был нам нужен, и мы собирались его отпустить. Пойдем, побеседуем. Не оборачивайся! Стрелять буду без предупреждения.

Они вернулись в дом, где пришедший в себя охранник рас­терянно искал свой пистолет, не понимая, куда он мог запро­паститься.

— Пистолет во дворе, — подсказал ему мужчина и скоман­довал: — И заодно прибери там, а то «намусорили» из-за твое­го ротозейства. Борису помоги, перевяжи его.

На этот раз он привел девушку в большой светлый кабинет. По-прежнему находясь за ее спиной, приказал сесть и защелк­нул наручники у нее за спиной. Потом на ее глаза легла плот­ная повязка. Посчитав, что все меры предосторожности со­блюдены, мужчина скомандовал:

— А теперь рассказывай все. И желательно сначала.

— Можно еще раз взглянуть на амулет? — попросила де­вушка. — А потом я все расскажу...

Мужчина помолчал минуту, видно, напряженно размыш­ляя, откуда его может ожидать подвох, но согласился:

— Хорошо, договорились. Если что задумала, берегись... Стреляю без промаха! Ты уже в этом убедилась.

Девушка услышала, как на стол с глухим стуком лег какой-то предмет. Повязку с нее сняли. Прямо перед ней лежал серебря­ный амулет, подобие женщины с руками-ногами щупальцами, создающими ореол, словно крылья у бабочки. Обе половинки были плотно соединены, и он казался единым целым. Пронес­лись воспоминания: улыбающийся Блюмкин, показывающий амулет, который защищает его от смерти, шаман Федоров, но­сивший точно такой на шее... И она закрыла глаза.

— 51 —

Женя открыла глаза. Она по-прежнему находилась в подземе­лье Лысогорского форта, вокруг тремя концентрическими окружностями стояли зажженные свечи. Все было готово для начала древнего ритуала вхождения в Иной Мир. Она знала из расшифрованного древнего свитка, что войти в Иной Мир означает оказаться в другом времени и в чужом теле, которое только что рассталось со своим астральным телом, называе­мым душой. Через долгих шестьдесят восемь лет, которые должны промелькнуть для нее, как мгновение.

Жрицы древнего народа знали и другой ритуал вхождения в Иной Мир, когда можно вернуться в свое тело только через несколько лет. В записи, оставленной жрицей Марой, автором текста, рассказывалось, что когда последний вождь тавров, Аспург, прозванный Властителем гор, и остатки его племени оказались в безвыходном положении, загнанные в пещеру сме­шанным турецко-татарским отрядом, то решили последовать именно этому обряду, доверив свою судьбу этой жрице, спрятан­ной в узкой расщелине скалы и заложенной снаружи камнями. Когда воины ворвались в пещеру, их взору предстали бездыхан­ные тела воинов, женщин и детей. В бессильной ярости они начали рубить эти тела, а затем покинули пещеру. Лишь немно­гим удалось избежать безжалостной мясорубки, в основном детям. Через несколько часов они пришли в чувство, но еще несколько лет были безумны, более подобны животным, ли­шенные своего астрального тела, и жрица заботилась о них. Лишь через несколько лет они вернулись к нормальной жизни...

Ей удалось заглянуть в будущее, которое ожидало ее через шестьдесят восемь лет. Знала она и то, что будет в случае, если она последует другому ритуалу.