На улице давно уже стояла ночь, но напоследок следопыт решил выправить зазубрины на клинке, прежде чем лечь спать. Он достал увесистый брусок и начал с громким звуком править лезвие. Нехитрые действия расслабляли его, погружая в своеобразный транс. Выбрав нужный угол заточки, он мерно водил точильным бруском по острию. Наконец, через несколько часов, он был удовлетворен качеством выполненной работы. Гарольд закрыл дверь на деревянную задвижку, погасил фитиль, и, не раздеваясь, упал на кровать.

Сон никак не шел, и из головы у него не выходило это злополучное письмо. Оно словно просило: "Прочитай меня, скорее, от этого зависит твоя жизнь, быстрей!" Ломать сургуч не хотелось, нерадивых и излишне любопытных гонцов обычно вешали. Особенно граф. Не доставлять послание Гарольд тоже не мог, он пообещал умирающему, и мог лишиться драгоценной удачи, если не исполнит обещанное.

Он поднялся с жесткой кровати, снова зажег фитиль и вытащил конверт, покрытый бурыми пятнами запекшейся крови. Внимательный осмотр ничего нового не дал. Мятый конверт в бурых пятнах, на нем сургучовая печать с теми же инициалами "С.В.". Однако печать не совпадала с перстнем. Гарольд удивленно хмыкнул и достал нож. Держа его в крохотном пламени фитиля, он нагрел лезвие и аккуратно срезал сургуч, стараясь ничего не повредить. Через несколько минут следопыт открыл письмо. Он слукавил, когда сказал гонцу, что не умеет читать. Он умел читать по буквам, но это занимало очень много времени. Гарольд даже мог написать свое имя, чем мог похвастаться не каждый.

Следопыт отложил нож, склонился поближе к свету фитиля и принялся за чтение.

Ищейки покинули псарню. Следите за знаками, не забывайте об овцах наших, и пастырь будет доволен.

С.В.

Охотник нахмурился и вложил странное послание обратно в конверт. Теперь все стало еще загадочнее. Гарольд расплавил остатки сургуча и прикрепил печать на свое законное место. Внимательный глаз мог различить следы взлома, но в целом получилось неплохо.

Небо за окном уже начало светлеть, и следопыт решил поспать, надеясь, что утром его никто не потревожит. Завтра предстояло найти сокольничьего и отдать письмо.

Глава 2

К обеду в дверь постучали. Еще сонный Гарольд предусмотрительно встал сбоку от двери и открыл задвижку. Внутрь проскользнула Фрида, держа в руках поднос с остатками вчерашней свинины. Вид у нее был обеспокоенный. Охотник закрыл дверь и сел на кровать.

- Гарольд, - она поставила поднос на стол и повернулась к следопыту. - Тебя ищут по всему трактиру.

Он с нарочито удивленной гримасой кивнул и принялся завтракать.

- Те, вчерашние, - девушка присела возле брата. - Они ночью напились и ушли, а теперь вернулись и требуют, чтоб ты вышел, на улице ждут.

Гарольд снова безразлично кивнул, не прекращая жевать.

- Ты пойдешь к ним? Гарольд, ты же ранен! Давай я проведу тебя через кухню, никто ничего не узнает! - взмолилась она.

- Сколько их там? - спросил охотник с набитым ртом.

- Я не выходила, но Любляна говорит, что шестеро, и все с оружием, - ответила Фрида. - Еще и ни одного стражника поблизости, как назло.

Следопыт покончил с трапезой и встал, разминая затекшие за ночь мышцы. Он понимал, что шестеро этих молодцев могут выйти победителями без особых усилий. Это вчера, против пьяных, он мог противостоять на равных, хоть и раненый. Но не сегодня. Нечего геройствовать.

- Пошли кого-нибудь разведать черный ход, они не такие тупые, чтобы оставить мне пути отступления, - бросил Гарольд.

Девушка кивнула и скрылась в коридоре. Следопыт на всякий случай зарядил и взвел арбалет. Проверил, насколько быстро меч выходит из ножен. Дождался, когда вернется сестра с докладом, и пошел за ней, избегая показываться в окнах.

- В подворотне какой-то мальчишка вертится, в первый раз его вижу, - рассказала Фрида, спускаясь по лестнице. - Попрошайка, наверное.

Гарольд остановился и тронул её за плечо.

- Если все-таки начнется заварушка, живо беги за стражей, поняла? - строго напутствовал он.

Девушка с готовностью кивнула и повела его дальше. Пройдя по кухне, на которой полным ходом шла работа, они остановились возле двери на улицу. Фрида выглянула, убедившись, что снаружи нет ничего опасного, и обняла брата на прощание.

- Обещай, что вернешься, - попросила она.

Мужчина лишь улыбнулся в ответ, и скользнул за дверь. Растрепанный мальчик в серых лохмотьях взглянул на Гарольда и пронзительно свистнул, молнией убегая из узкой подворотни. Охотник помчался следом, невзирая на открывшуюся от нагрузки рану в ноге. Порез болел, словно его раздирали тысячи маленьких крючков, но следопыт лишь стиснул зубы и пытался уйти от возможных преследователей. Сзади раздался радостный крик:

- Эй, говнюк! Вали отсюда, мы как раз твою сестренку оприходуем!