Читаем Час испытаний полностью

- Посмотрите на этих людей. Что в них особенного? Обыкновенные тыловые крысы. У вас, русских, принято все преувеличивать. «Ах, гестапо! Ох, гестапо!» Но вот вы находитесь в гестапо. Что здесь ужасного?

Они свернули в боковой полутемный коридор, где по обеим сторонам тянулись похожие друг на друга невысокие, обитые толстым войлоком двери. Здесь было тихо. Ковровая дорожка скрадывала шаги. Хюбе взял Галку об руку и продолжал:

- Единственная наша вина заключается в том, что мы пытаемся навести порядок среди деморализованного населения и обезвредить фанатически настроенные элементы…

Пронзительный, истошный крик прорвался через обитую войлоком дверь. В этом стынущем в ушах крике не было ничего людского. Грудь не могла исторгнуть такой дикий, такой протяжный звук; он родился где-то в утробе обезумевшего от ужаса и боли человека. Срываясь на высокой ноте, крик перешел в хрипящий вой и вдруг оборвался.

Галка схватила Хюбе за рукав.

- Нервы у вас, Галина Алексеевна, не в порядке. - усмехнулся он. - Я не думал, что вопль какого-то болвана так напугает вас.

Он открыл одну из дверей и через небольшую приемную провел Галку в кабинет.

Кабинет был похож на гостиную. Огромный ковер на полу, полумягкие кресла, широкий диван, рядом ломберный столик, в углу радиола, в другом - полированный книжный шкаф. И только стоящие в ряд на письменном столе телефоны да большой портрет Гитлера на стене придавали комнате несколько официальный вид

- Здесь редко бывают гости, - сказал Хюбе, снимая фуражку и приглаживая аккуратно зачесанные светлые волосы. - Ваш визит для меня целое событие. Но, судя по всему, вам здесь покажется скучно. Я не умею быть занимательным, не умею - как вы уже заметили - ухаживать за девушками. Идемте, я познакомлю вас с одним презабавным человеком.

Галка понимала, что Хюбе паясничает, но не могла понять что ему нужно от нее. Почему он не ведет ее к Зинаиде Григорьевне?

- После того я смогу уйти отсюда? - спросила она.

- Если вам будет угодно, - в голосе штурмбаннфюрера звучала насмешка.

В кабинете была еще одна дверь - невысокая, окрашенная под цвет стен и потому сразу неприметная. Хюбе пропустил Галку вперед. Перешагнув порог, девушка невольно остановилась. Огромный высокий зал со стеклянным потолком, через который струился тусклый дневной свет, открылся перед ней. Окон в зале не было. Справа в стене было вырезано несколько ниш, в которых прятались двери. Выложенный узорчатым кафелем пол упирался в чугунную балюстраду. Тяжелая многоярусная люстра свешивалась с потолка.

- Когда-то, еще до первой мировой войны, здесь помещался операционный зал франко-русского морского банка, - с любезностью гида пояснил Хюбе. - В подвалах этого дома хранились многочисленные ценности. Видите балюстраду? За ней - спуск в бывшие банковские хранилища.

Галка прошла туда и, перегнувшись через массивные перила, заглянула вниз. Она увидела глубокий каменный колодец, на дне которого тускло горела электрическая лампочка. Лепясь к стенам колодца, вниз крутой спиралью спускалась железная лестница.

- Вы тоже храните там драгоценности? - наивно спросила Галка.

- Увы, мы вынуждены там держать более прозаический, но не менее беспокойный материал, - усмехнулся гитлеровец.

Одна из дверей, выходящая в зал, открылась. Грохоча по кафелю сапогами, вошли два рослых солдата. Они волокли под руки окровавленного человека в изодранной рубахе. Голова человека безжизненно свешивалась на грудь, а босые ноги тащились по полу. Заметив штурмбаннфюрера, солдаты остановились.

- Подследственный номер четыреста девятнадцать, - доложил старший из них. - Находился на допросе у гауптштурмфюрера Рейнмайера.

Хюбе жестом велел солдатам следовать дальше. Те поволокли заключенного к лестнице, ведущей на дно каменного колодца.

- Вы видели одного из фанатиков, который пытался пробраться в охраняемую зону порта, - кивнул им вслед Хюбе. - При задержании оказал сопротивление. Мы не церемонимся с такими. Но вообще я не сторонник крайних мер. В основу нашей работы положен метод психологического воздействия. Вы убедитесь в этом, когда познакомитесь с моим помощником доктором Норте.

Помощник штурмбаннфюрера оказался маленьким щуплым человечком. Он едва доставал Галке до плеча. Большой у него была только голова с оттопыренными розовыми ушами.

- Доктор философии Август Норте. В прошлом доцент кафедры психологии Геттингенского университета Георгии Августы, - поднимаясь на носки, отчеканил он звонким детским голосом.

Галка подумала, что он весь похож на болезненного, обиженного ребенка, которого, шутки ради, заставили притворяться взрослым.

- Август, - обратился к нему Хюбе, - госпожа Ортынская интересуется работой отдела. Расскажите ей в общих чертах о наших методах.

Большеголовый человечек нисколько не удивился. Он выпятил узкую птичью грудь и, заложив руку за борт мундира, прошелся по комнате, смешно расставляя тонкие ноги. У него были повадки завзятого лектора.

- Вы спросите меня: что общего между наукой о психических явлениях и деятельностью полиции безопасности? Вы смущены? Значит, я угадал ваш вопрос!