Читаем Час абсента полностью

— Я? — Инна растерялась, так убедительно прозвучало обвинение. Даже Роман посмотрел на нее как-то отстраненно, будто впервые видел. Да что там Роман! Сама Инна стала себя подозревать во враждебных чувствах к Верунчику. Вот что значит сила внушения!

— Мы теряем время, — гнула свою линию Зита, — и можем потерять Веру Степановну! Пока выслушиваем бредовые теории, Верочка задохнется в темнице.

Все зашевелились, забегали и совсем затолкали Инну, которая застыла на своем месте и единственная не принимала участия во всеобщей суете.

— Я настаиваю, — голос ее срывался от волнения — нелегко идти против всех, — я настаиваю, чтобы мы обратились за помощью к Раисе Ивановне. Она экстрасенс, а не шарлатан, как некоторые. Она сможет указать нам примерную область поисков.

Выпалила и испугалась. С чего это она взяла, что Раиса бросит все свои дела и кинется разыскивать какую-то неведомую ей женщину? Тем более бесплатно. Инна никогда не обращалась к Раиске-ведьме с наглыми просьбами. А глубокой ночью просьбы звучат особенно нагло и беспардонно. Но сказанного уже не воротишь.

«Хоть бы они отказались от моей бредовой идеи. Согласна на клеймо «враг Верунчика», — подумала Инна.

— Вы знаете Раису Ивановну? — Священный ужас светился во «всевидящих» глазах Зиты. Она подняла руку к небу, и все, как заколдованные, замерли.

— Немного знаю, — скромно ответила Инна.

— Великая женщина, — выдохнула Зита. — Звони, — приказала она.

— А фотография? Есть фото Верунчика? — Инна цеплялась за последнюю отговорку.

— А как же! — Роман, как Иудушка, хотя об этом и не подозревал, с радостью достал пачку фотографий, которые запечатлели последний день Алекса. На них Верунчик, крупным планом, вела с Алексом беседу.

Инна вздохнула и приготовилась испить чашу позора. В ее ушах уже звучала гневная отповедь Раисы: «Иди к черту, Инна, мне не до тебя!» Или еще что-нибудь похлеще. Раиса могла и матерком «сдуть» назойливых просителей.

— Алло, Раиса, это Пономаренко, — выдавила из себя Инна и замолчала.

— Говори, чего тянешь. Опять влезла в сомнительные разборки? — Голос Раисы был на удивление мягким, да и речь казалась почти приветливой.

— Пропала знакомая женщина, ее замуровали живьем в стену. Помоги найти, — осмелев, выпалила Инна просьбу.

Зита слыла всевидящей, но, очевидно, не «всеслышащей». Она, желая не пропустить ни одного слова, буквально прилипла к Пономаренко. Будь ее воля, она бы и телефонную трубку отобрала.

— Перезвони, я карты брошу, посмотрю, что скажут, — ответила Раиса.

— Великая женщина, — повторила Зита. — Откуда вы ее знаете?

Инна не собиралась посвящать «всевидящую» в свои тайны.

Пока Раиса гадала, произошло еще одно событие. Громкое событие. В коридоре раздался оглушительный собачий лай и следом — истеричный женский визг. Собака и женщина, казалось, соревновались между собой за приз самого голосистого существа. Когда все без исключения вывалились в коридор, то увидели, что незнакомый мужчина еле сдерживал на поводке огромного ротвейлера и орал:

— Фу, Бен! Фу!

Собака не слышала команды, потому что увлеченно лаяла на ужа довольно приличных размеров. Уж вытянул чешуйчатое тело вдоль стены и замер, изображая из себя кусок толстого каната.

Над змеей, остервенелой собакой и ее хозяином разливался визг испуганной до смерти молодой женщины.

— Катька, заткнись! — Мощный вопль Марины перекрыл всех.

Катерина послушалась. Перепонкам стало легче.

Хозяин обрадовался, что, наконец, его голос тут главный, дернул за поводок и приказал:

— Бен! Заткнись!

Собака рявкнула пару раз и перешла на рык. Ужик, а это был Сократ, понял, что снова можно двигаться по своим делам. Он приподнял голову и начал плавно изгибаться. Бен и Катерина приготовились к новой голосовой атаке.

— Прекрати орать! — упредила всех Марина. И собака и женщина «примерили» команду на себя.

— Я испугалась жутко. Кто это? — Катерина осторожно пробиралась поближе к людям.

— Это Сократик, а мы свиньи. Забыли его покормить, вот он и выполз за пропитанием. А что ты здесь делаешь? И что за зверинец ты притащила с собой?

— Это Максик, — совершенно успокоившись, ответила Катя, — а это его собака, Бен, они будут искать Верунчика. Я подумала…

— Лучше бы ты не думала, — оборвала Марина.

— Максик, я же говорила, что они меня терпеть не могут, — капризно произнесла Катерина. — Зря мы решили им помочь, неблагодарные они какие-то. Мы ночами не спим, тепленькую кроватку покинули, трясемся по темным улицам, и никакого тебе спасибо. Бенчик, бедненький, и тебе досталось, — засюсюкала Катя, — и хозяина твоего они не любят…

За хозяина Бен был готов постоять. Он оскалил клыки и рванул на Марину. Макс и не думал укорачивать поводок.

Теперь визжала Марина. Катерина, одержав моральную победу над врагом аморальными методами, заговорщически сообщила ничего не соображающей от страха Марине:

— Кстати, тебе звонил какой-то пупсик. Так и сказал: «Я твой пупсик». А когда понял, что это я, а не ты, испугался очень.

— Эй, хозяин, приструни собачку, — вмешался в гвалт Коротич, — если не можешь, покинь помещение.