Читаем Час абсента полностью

— Рассказывай, Роман, почему тебя не выгнали?

— Потому что мне приказали ткнуть вас, простите, физиономией в папку, если вы ее сами не увидите. С чем я блестяще справился. Вы даже ничего не заподозрили.

— Так, понятно. И как ты можешь это объяснить?

— Никак. Мне, Инна Владимировна, хорошо платят, чтобы я не задумывался.

— Брось, Ромочка, скромничать, я ли тебя не знаю. Выкладывай, кого ты там пасешь?

— Серьезно как на духу. Прикрыл свое агентство и подался в наймы. Надоело следить за кобелирующими мужьями и получать за это копейки.

— Так я тебе и поверила. Смотри, как бы ты не пожалел о чрезмерной скрытности. Я ведь и сама до всего докопаюсь.

— До чего докапываться, Инна Владимировна? Это же мелко для вас. Почему Сократика вам подкинули? Просто хотели разыграть.

— Иди с глаз долой, Рома, я от тебя такого двуличия не ожидала. И ужа забирай.

Сократ зашевелился в мешке и высунул голову наружу. И тут они услышали женский визг.

— Хорошо кричит! — восхитился Роман.

Инна с удивлением смотрела на женщину, которая чуть не споткнулась об мешок с Сократом и теперь орала, не помня себя от страха. Уж, очевидно, привык к такой реакции и для пущего эффекта выполз из своего убежища. Роман, как истинный джентльмен, сначала насладился воплями, а потом в два прыжка оказался рядом и геройски запихнул Сократа обратно в мешок.

— С-спасибо, — заикаясь, поблагодарила спасителя женщина и одарила многообещающей улыбкой.

— Если вам потребуется моя помощь, — не без кокетства расшаркивался Роман, — обращайтесь прямо в мое агентство. — И он ловко всунул в руку растерявшейся женщины визитную карточку.

— Мне нужна помощь, мне очень нужна помощь! — чистосердечно призналась она.

— Людмила Ивановна, проходите. — Инна узнала женщину и ревниво старалась оттеснить ее от Романа.

Роман отступил. И тотчас же об этом пожалел.

— Моего мужа похоронили, — сказала женщина и залилась слезами.

— Серпантинова?

— У меня один муж, — сквозь слезы ответила Людмила Ивановна, — его надо спасти. Он записку написал.

Роман подошел ближе, перехватил записку и прочитал первым.

— Ничего себе просьба. Прочитайте, Инна Владимировна, это интересно. — Он смилостивился и протянул записку Пономаренко.

— А шел бы ты, Ромочка, по своим делам, — разозлившись на бесцеремонность Романа, предложила Инна.

— Вы сначала прочтите, я вам понадоблюсь.

«Люда, беги на Путиловское кладбище, найди мою могилу и раскопай меня. Да побыстрее. Я смогу протянуть только до пяти часов вечера. Алексей».

— Когда записку принесли?

— Утром, — ответила женщина, — я очень испугалась.

— Что же вы так тянули?! — возмутилась Инна. — Уже два часа дня.

— Я побежала на кладбище, как Алеша и приказал, нашла его могилку. Представьте мой ужас! Кто похоронил? Когда? Я боюсь мертвецов.

— Могилу нашли?

— Да, бугорок земли, крест, на кресте его фотография и имя. Что делать, не знаю!

— Надо было откапывать!

— У меня лопаты не было, да и выгнали меня с кладбища. Сказали, не положено мертвецов беспокоить. Сказали, разрешение нужно. А разрешение неделю ждать надо.

— У нас три часа времени. Роман, идеи есть?

— Позвонить Коротичу, пусть милиция пришлет подмогу.

— Он в отпуске. — Инна листала записную книжку, а Людмила села рядом с Романом и стала как ни в чем не бывало подкрашивать губки.

— Поехали на кладбище, — взял инициативу в свои руки Роман, — на месте что-нибудь придумаем. Быстрее всего мы можем добраться на метро.

Инна согласилась. Они рысцой неслись по эскалаторам, да еще подгоняли Людмилу. Любящая женушка, видно, совсем успокоилась, переложив заботу о погребенном муже на посторонних людей. Она тормозила на каждом шагу и даже норовила разглядывать книжки на лотках.

— Она что-то не очень убивается, — шепотом отметил Роман.

— Вот-вот, присмотрись и сам не вляпайся в такой брак, — посоветовала Инна.

— Ни за что, — пообещал Рома и взял Людмилу на буксир. — Мадам, если вы не поторопитесь, то можете сделаться вдовой.

Людмила вздохнула и шаг замедлила. Она попыталась еще и в обморок грохнуться, но Рома что-то ей прошептал на ухо, и полуобморочное состояние тотчас же сменилось живейшей трусцой.

Как они ни старались, но на кладбище примчались только через час. Улыбающийся Серпантинов наблюдал за ними с фотографии. Людмила снова решила пустить слезу, но посмотрела на строгого Романа и воздержалась.

Роман разметал венки и теперь потирал исколотые руки.

— Надо бы лопату раздобыть, — сообразил он. — Пойду поищу у работников.

Но кладбищенские служители появились сами. И не одни. В группе поддержки красовался дородный лейтенант милиции. Одышка выдавала его с потрохами. Блестящей физподготовкой заплывший жиром лейтенант похвастаться не мог уже давно. С трудом застегнув мундир — видно, расслабился, ожидая нарушителей, — поднес руку к козырьку и прогундосил:

— Участковый «буль-буль-буль» района лейтенант Гапоненков Евгений Борисович. Попрошу прекратить противоправные действия.