Читаем Чары любви полностью

Занимаясь любовью с другими женщинами, Стивен тоже целовал их, но тогда поцелуи были просто необходимой прелюдией, подготовкой к последующему физиологическому акту. Поцелуй Фиби был сам по себе лакомством. Игра языков, невероятные комбинации губ доставляли им обоим неведомое прежде наслаждение. Как сумасшедший, не способный понимать, что можно и чего нельзя, Стивен вкушал дыхание Фиби; его язык, побуждаемый лишь собственным желанием, знакомился с нежными, мягкими губами и заглядывал в потаенные уголки ее рта, а руки ласкали пышную грудь. Дрожь от копчиков пальцев Стивена побежала по рукам и охватила все тело, требовавшее получить свое.

Желание Фиби не вызывало никаких сомнений, и она не стала сопротивляться, когда Стивен, расстегнув одну за другой пуговицы ее жакета, снял с нее эту одежду, а затем, став на колени, развязал пояс и снял юбку.

На мгновение застыв, он неторопливым пристальным взглядом окинул ее всю – стройные ноги в сапожках, темный треугольник под бельем внизу живота и мягкие, податливые персикового оттенка холмики грудей с уже поднявшимися и затвердевшими сосками – и постарался успокоить дыхание, но так как все его мысли были сосредоточены на том, чтобы поглубже погрузиться в женское тепло, эта задача оказалась весьма трудной, и, проклятие, Фиби еще усложнила ее, сказав, что любит его, что принадлежит ему.

«У нас бесконечно много времени, чтобы заняться любовью всеми известными мне способами», – решил Стивен и, подняв сначала одну ее ногу, затем другую, снял с нее сапоги и чулки, помассировал нежные подошвы, пока пальцы ее ног не сжались в ответ, и перешел к икрам, медленно и равномерно поглаживая их и разминая мышцы. И по мере его продвижения вверх к бедрам ее белье постепенно поднималось все выше. Сев на нее верхом и положив руки ей на бедра, он замер, ожидая, чтобы она взглянула на него и до конца осознала, чем они собираются заняться.

Фиби открыла глаза, и ее взгляд, полный любви и доверия, обжег его. Боже, что он задумал? Но Стивен точно знал ответ на свой вопрос и скомкал мешавшую ему материю. Он задумал заняться любовью с женщиной, минуту назад признавшейся, что любит его. И она хотела его, так что еще нужно было ему знать? Такова была правда.

– Приподнимись немного.

Когда Фиби послушно выполнила его просьбу, он поднял ее белье до талии, потом до плеч, стащил через голову и отбросил за ненадобностью на землю – ему нужно было видеть эту женщину во всей ее обворожительной наготе. Легко, как перышком, он провел тыльной стороной ладони от ключицы до вершины груди, обвел круги у сосков, опустил руку вниз по животу до завитков волос и дальше по бедрам к ногам, делая все это исключительно для того, чтобы устроить пытку, от которой они оба начали тяжело дышать.

– Только я одна должна быть без одежды? – Фиби подняла голову.

Стивен снял с себя рубашку и склонился к Фиби. Мужская грудь прижалась к женской груди. Его язык нырнул глубоко к ней в рот. Жажда его ласк и поцелуев укротила ее дерзость, этот остаток самоконтроля; потребность утолить страсть пересилила все остальное, Фиби ни в чем не могла отказать бывшему с ней мужчине.

Ощущение его нагого тела, прижимающегося к ней, было не похоже ни на что из того, что она когда-либо представляла себе. Его руки томительно медленно продвигались к самому ее центру, а добравшись туда, бесконечно долго играли с ним, пока она не стала извиваться под его настойчивыми пальцами, а когда он погрузил один палец внутрь ее тела, она на мгновение застыла, пораженная таким действием, незнакомым ей, но в то же время очень приятным. Затем то же повторили два пальца, и равномерный ритм их движения вызвал в ее теле небывалое напряжение, ожидание чего-то неизвестного и желание познать неизведанное.

Тогда и только тогда Стивен поднялся, чтобы сбросить бриджи. И когда он снова лег на нее, Фиби почувствовала, как неоспоримое доказательство его желания прижалось к ее бедрам. Она широко раскинула ноги, чтобы ей было удобнее принять то, что он предлагал, то единственное, что могло положить конец терзавшему ее голоду.

Нежно и осторожно он вжался в нее, давая ей возможность принять чуждую ей часть мужского тела. Фиби ощутила легкое жжение и почувствовала некоторую неловкость, не зная, что нужно сделать, чтобы расслабиться, и в этот момент Стивен медленно двинулся вглубь, соединяя ее и себя в одно целое. Фиби беспомощно пискнула, как мышонок, а Стивен замер и лежал неподвижно, зарывшись лицом в ее волосы, и его дыхание слегка шевелило пряди волос у нее на виске.

Фиби ждала, что будет дальше, и мучившее ее желание, которое на мгновение утихло, вспыхнуло с новой силой, но Стивен лежал совершенно неподвижно.

– Это все? – с трудом промолвила Фиби и, почувствовав, как его плечи затряслись от смеха, закусила нижнюю губу.

– Нет, радость моя. – Подняв голову, он заглянул ей в глаза. – До конца нам еще очень далеко. Просто я даю тебе время прийти в себя.