Читаем Чаки малыш полностью

– Да, тут еще один тонкий момент, – она повернулась к нему с ехидным видом, – как именно прикажете официально к вам обращаться, мэтр, – “Геннадий Сергеевич”

по-прежнему в силе?

Чаковцев задумался, но не надолго:

– Зови меня Чаки, Бло, – ухмыльнулся он своим невидимым мыслям, – играть так играть.

Она тоже улыбнулась ему напоследок – вчерашней улыбкой начинающей дивы, и ушла, чуть покачивая бедрами, – в точности как делала это на сцене.

Чаковцев проводил её грустным мужским взглядом, потом развернул газету и откусил треть от остывшего тоста. “Ничего себе”, – была следующая его мысль. Принесенная им местная газета называлась “Энский городовой”, и сразу под шапкой Чаковцев прочёл примечательный заголовок:


К двадцатилетию Энского феномена


С неясным пока волнением он отбросил огрызок тоста и принялся читать, прыгая глазами по тексту:

“Жители нашего города, конечно, не раз слышали об этом таинственном событии, а многие из старожилов и сами стали свидетелями тому, что сегодня принято называть “Энский феномен”. Даже теперь, по прошествии двух десятилетий, нет полной ясности в понимании того, что именно нарушило покой жителей Энска и его окрестностей в тот зимний вечер, когда ярчайшая вспышка озарила небо над лесом и могучая взрывная волна прокатилась через город, причинив множество разрушений, по счастью, поправимых. Большинство ученых склоняются к метеоритной версии взрыва, несмотря на тот факт, что так и не были найдены обломки предполагаемого небесного тела. Рассматривалась также альтернативная версия о мощном выбросе природного газа с последующим возгоранием, впрочем, ради справедливости заметим, что сторонники данного объяснения находятся в меньшинстве. Как и в случае со знаменитым Тунгусским метеоритом, в нашей истории не обошлось без теорий экзотических и даже фантастических. Особую пикантность в обсуждение темы привносит тот факт, что практически в месте взрыва на тот момент располагался режимный объект, находившийся в предположительном ведении Министерства обороны СССР и почти полностью взрывом разрушенный. И хотя причастность военных к данному событию многократно и категорически отрицалась должностными лицами Советского Союза и позже Российской Федерации, разнообразные слухи и спекуляции продолжают циркулировать до сих пор, порожденные столь объяснимой человеческой тягой к таинственным историям. Редакция “Городового” далека от мысли, что именно ей удастся внести полную ясность в понимание “Энского феномена”, мы лишь хотели напомнить нашим читателям о тех волнующих событиях двадцатилетней давности и с этой целью повстречались с некоторыми из горожан – очевидцами взрыва.

Без сомнения, читателям будет интересно вновь окунуться в атмосферу тайны и, быть может, узнать некоторые прежде неизвестные подробности тех событий…”


Чаковцев почувствовал затылком чужой взгляд и обернулся – Боб, заспанный и помятый, нависал над ним, вглядывался, щурясь, в газету.

– Здорово, брат, – сказал Сташенко, шумно опускаясь на свободный стул, – что за хрень ты тут читаешь?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Любовь гика
Любовь гика

Эксцентричная, остросюжетная, странная и завораживающая история семьи «цирковых уродов». Строго 18+!Итак, знакомьтесь: семья Биневски.Родители – Ал и Лили, решившие поставить на своем потомстве фармакологический эксперимент.Их дети:Артуро – гениальный манипулятор с тюленьими ластами вместо конечностей, которого обожают и чуть ли не обожествляют его многочисленные фанаты.Электра и Ифигения – потрясающе красивые сиамские близнецы, прекрасно играющие на фортепиано.Олимпия – карлица-альбиноска, влюбленная в старшего брата (Артуро).И наконец, единственный в семье ребенок, чья странность не проявилась внешне: красивый золотоволосый Фортунато. Мальчик, за ангельской внешностью которого скрывается могущественный паранормальный дар.И этот дар может либо принести Биневски богатство и славу, либо их уничтожить…

Кэтрин Данн

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Книжный вор
Книжный вор

Январь 1939 года. Германия. Страна, затаившая дыхание. Никогда еще у смерти не было столько работы. А будет еще больше.Мать везет девятилетнюю Лизель Мемингер и ее младшего брата к приемным родителям под Мюнхен, потому что их отца больше нет – его унесло дыханием чужого и странного слова «коммунист», и в глазах матери девочка видит страх перед такой же судьбой. В дороге смерть навещает мальчика и впервые замечает Лизель.Так девочка оказывается на Химмель-штрассе – Небесной улице. Кто бы ни придумал это название, у него имелось здоровое чувство юмора. Не то чтобы там была сущая преисподняя. Нет. Но и никак не рай.«Книжный вор» – недлинная история, в которой, среди прочего, говорится: об одной девочке; о разных словах; об аккордеонисте; о разных фанатичных немцах; о еврейском драчуне; и о множестве краж. Это книга о силе слов и способности книг вскармливать душу.

Маркус Зузак

Современная русская и зарубежная проза