Читаем Чака полностью

Этого момента Чака терпеливо дожидался с самого начала боя. Пришла пора пустить в ход изнывающий от безделья резерв. И когда смертоносный таран колонны ндвандве добрался уже почти до вершины холма по обе стороны его, но вне пределов досягаемости метательного копья, помчались вниз быстроногие воины У-Фасимба и Изи-цве. Пятьсот ветеранов Ама-Вомбе приняли па себя удар головы колонны, а к этому моменту У-Фасимба и Изи-цве успели добежать до арьергарда ндвандве и чуть было не захватили врасплох их командующего. Номахланджане не осталось ничего иного, как присоединиться к замыкающим рядам колонны. «Рога» сомкнулись, и на этот раз полторы тысячи ндвандве оказались в окружении. Сделав полуобороты, воины зулу с ходу атаковали противника, а поскольку те были построены по двадцать человек в ряд, только первые шеренги и успели метнуть свои копья, остальные же из-за образовавшейся давки вынуждены были дожидаться, пока до них доберутся воины зулу. Ндвандве сражались до последнего, пытаясь подороже продать свои жизни, но измотанные предыдущими атаками, изнывающие от жары и жажды, а главное — ошеломленные невесть откуда взявшимися свежими силами зулу, они и не рассчитывали на успех. Сражение скоро превратилось в самое настоящее побоище, в котором особенно неистовствовал Мгобози. Он одного за другим уложил на поле боя всех участвовавших в сражении сыновей Звиде, но вскоре и сам свалился, обессилев от множества ран. Около тысячи человек были брошены на прочесывание местности для уничтожения мелких отрядов ндвандве, разбредшихся в поисках воды.

Номахланджана до последнего мгновения рассчитывал па то, что занявшая южный склон холма тысяча человек придет ему па помощь. Но чуда не произошло. Стоявшие там воины по-прежнему видели перед собой редкие шеренги зулу и, слыша доносившийся до них шум сражения, недоумевали, к какой еще новой уловке прибегнул вождь зулу, чтобы оттянуть разгром своих сил. Недоумение их сменилось растерянностью, а потом и ужасом, когда одержимые жаждой новых подвигов воины зулу ударили им во фланг. Однако командир ндвандве не утратил присутствия духа и, пожертвовав своими ранеными, из которых наспех создавались заслоны, попытался вывести свой полк из-под удара. Этому способствовало и то, что вдали уже показались четыре обремененных добычей полка ндвандве, отправленных в погоню за скотом зулу еще перед началом боя.

Увидев, что нет никакой возможности помешать силам ндвандве соединиться, Чака начал медленно отступать к Булавайо. Утомленные дневным переходом и изрядно измотанные мелкими стычками с зулусским ополчением, колонны ндвандве не могли навязать отступающим силам зулу решительного сражения и тем самым воспользоваться своим численным превосходством. А Чака тем временем разослал гонцов с приказом всем частям срочно стягиваться к столице. Он особенно рассчитывал на бригаду Белебеле, которая пока что не принимала участия в кампании и в качестве последнего резерва обороняла укрывшихся в лесу женщин и детей.

После целого ряда блестящих тактических бросков, в которых зулу использовали лучшее знание местности и превосходство в маневрировании, Чака решил дать бой у стен Булавайо. Сражение это, начавшееся под знаком превосходства ндвандве, было решено своевременным подходом бригады Белебеле, которая ударом во фланг смяла противника, а перешедшие в контратаку защитники зулусской столицы завершили разгром. Из двенадцати полков ндвандве уцелело не более тысячи человек. Но и потери зулу составили не менее полутора тысяч убитыми, а более пятисот человек получили тяжелые ранения. Сражение у холма Гокли не только раз и навсегда перечеркнуло планы Звиде относительно захвата земель мтетва, но и с полной очевидностью доказало, что среди племен нгуни появился новый центр притяжения — возглавляемое Чакой государство зулу.

И все же битва эта только на некоторое время оттянула решительное столкновение двух сил в борьбе за главенствующее положение в Натале. Обе стороны лихорадочно готовились к неизбежной развязке, однако ни одна из них пока что не решалась нарушить шаткое равновесие. Ндвандве имели почти неисчерпаемые людские резервы среди родственных им племен суту, их северных соседей, но те не спешили на помощь Звиде, намереваясь сначала убрать урожай. Чака, со своей стороны, не пытался ускорить ход событий, справедливо полагая, что время работает на него. Молодое зулусское государство росло как на дрожжах. К нему присоединились многие из тех племен, чьи вожди после смерти Дингисвайо заняли поначалу выжидательную позицию. Этому немало способствовало и то, что Нгомаан, один из наиболее заслуженных индун мтетва, стал теперь чем-то вроде премьер-министра у Чаки, а осиротевших мтетва возглавил Мландела — ближайший друг вождя зулу. Но не только старые друзья приходили к Чаке. На сторону зулу перешли и некоторые недавние союзники Звиде. Самым известным из них был молодой вождь племени кумало Мзиликази, впоследствии один из самых знаменитых полководцев Африки.