— Не надо! Тут неподалеку есть скамья. Вон под тем деревом. Пойдем.

Ник взял ее за локоть и отвел от здания суда. Фиона села и опустила голову. Ее лоб покрылся холодным потом, сердце колотилось, к горлу подступала тошнота.

— Что мы наделали? — простонала она. — Что мы скажем Уиллу?

Ник бережно погладил ее по спине.

— Прости меня, Фиона, — сказал он. — Я ужасно виноват перед тобой. — А потом заплакал. Зарыдал так, что она с трудом разбирала его слова: —…испортил тебе жизнь… Уилл… ты… любила его…

Слова Ника заставили Фиону задуматься. Она посмотрела на окружающие здания, на деревья, на солнце, стоявшее высоко в небе, а потом повернулась к нему.

— Нет, не любила. Точнее, любила, но не по-настоящему, — странно спокойным голосом сказала она.

— Что? — шмыгая носом, переспросил он.

— Ты был прав. Помнишь тот вечер, когда мы ссорились у тебя в квартире? Ты сказал, что на самом деле я не люблю Уилла. Не так, как любила Джо. В Уилле мне многое нравилось. Его доброе сердце. Его ум. Образ его жизни. Нравилось снова быть желанной, чувствовать его объятия и поцелуи. Но его самого я не любила. Не так, как должна была. Мне только жаль… очень жаль… что я причинила ему такую боль. Ник, моей настоящей любовью был Джо. Как твоей — Анри. Такая бывает только один раз в жизни. Как ни тяжело, но я должна это признать.

— А меня ты любишь?

Она улыбнулась:

— Конечно. Сам знаешь.

— И я тебя люблю. Я буду хорошо заботиться о тебе, Фи. И о Сими тоже. Обещаю. Стану лучшим мужем на свете. Правда, наш брак не будет совершенным… Я… я не смогу дать тебе детей… но дам все остальное. Хороший дом. Одежду. Ужины в ресторанах. Все, что тебе нравится. Конечно, у меня не так много денег, как у Уилла, но все же достаточно. Около десяти тысяч фунтов в год. И галерея вот-вот откроется. Знаешь, у меня отличные перспективы.

Фиона бросила на него лукавый взгляд:

— Никлас Сомс… ты делаешь мне предложение?

— Похоже, да. Только уже после факта.

— Я принимаю его.

— Серьезно?

— Абсолютно. — Она положила голову ему на плечо. — Ник, я выхожу за тебя уже во второй раз. Я сделаю все, чтобы тебе было хорошо. Ты для меня самый дорогой человек на свете. Ты и Сими.

Ник снова шмыгнул носом и спустя несколько секунд сказал:

— Ты уверена, что хочешь именно этого? Мы ведь можем и развестись.

— Нет, не можем. Это вызовет тот самый скандал, которого мы с таким трудом избежали сегодня, а треволнениями я сыта по горло.

— Фиона, а как быть с твоим красивым платьем? И с украшениями, которые подарил тебе Уилл?

— Пусть это платье носит кто-нибудь другой. А это… — Она сняла с пальца кольцо с огромным бриллиантом и положила в сумку. — Оно никогда мне не шло. Я верну ему и кольцо, и колье.

— И свадебное путешествие. Ты так ждала его, а теперь не сможешь на следующей неделе уплыть во Францию.

— Нет. — Она радостно улыбнулась при мысли о том, чем сможет заменить это путешествие. — Ник, зато я займусь своей чудесной «Чайной розой»! Надену фартук и возьмусь за работу. — Девушка засмеялась. — Мне не придется ее бросать! Как я могла даже вообразить себе такое? Не могу дождаться! Не могу дождаться, когда вернусь туда, увижу мои розы, открою чайную и с головой погружусь в свой чай с булочками!

Ник взял ее за руку:

— Фи, я устрою тебе свадебное путешествие.

— Ты? Куда?

— На Кони-Айленд.

Фиона расхохоталась:

— С Сими, Майклом и семейством Мунро на буксире. Но теперь это будет очень романтично!

Фиона и Ник сидели на скамье, держась за руки и разговаривая, пока часы не пробили один раз. Только тут до Фионы дошло, сколько времени, и она поняла, что домашние волнуются. Вчера вечером она выскочила из дома, едва успев сказать Алеку, что что-то случилось с Ником.

— Лучше давай поедем домой, ладно? — сказала она Нику. — Они сходят с ума от беспокойства. Нужно будет рассказать Майклу, что случилось.

Ник застонал:

— Лучше бы меня депортировали!

Когда они встали, Фиона заметила, что ссадина на его щеке кровоточит снова, и приложила к ней носовой платок Тедди, который все еще держала в руке.

— Кстати, — сказала она, — в какую игру ты пытался играть с судьей? Выдал себя за виконта… Тебе не стыдно?

Он сжал ее руку и тихо сказал:

— Фиона, это была не игра.

Она уставилась на него во все глаза:

— Ты что, шутишь?

Ник покачал головой, поднес к губам ее руку и с грустной улыбкой сказал:

— Мадам виконтесса, позвольте мне первому поздравить вас с законным браком.

Глава пятьдесят шестая

Джо, только что принявший ванну — единственную ванну в неделю, которую позволяла хозяйка квартиры, — надел через голову чистую рубашку и заправил ее в брюки. Потом посмотрелся в маленькое прямоугольное зеркало, висевшее над секретером в его комнате, и провел расческой по волосам.

Сегодня он собирался поохотиться в Челси. Бристоу пробыл в этом городе уже три недели, но не нашел и следа Фионы. Поддерживать оптимизм становилось все труднее.