Шторм и не собирался утихать. Я видел, что Джая еле справляется со штурвалом, и, закончив с пушками, стал перебираться ближе к капитанскому мостику.

Я был уже рядом, когда очередным порывом настолько рвануло корабль, что штурвал просто выскочил из рук Джаи, и судно стало крениться влево, аккурат подставляя борт новой волне. И если первая еще не опрокинула судно, то вторая норовила сделать это уже через пару секунд.

Но так просто идти на дно никто не собирался, и я, на пару с еще одним широкоплечим матросом ухватили штурвал и резко потянули в сторону, едва успевая развернуть судно правой частью носа к волне… удар, и штурвал чуть не вырвало из четырех крепких мужских держащих его рук.

- Убери руки от моего корабля! – прорычала капитанша.

Молодой, но сильный пират тут же выпустил штурвал и ретировался. А я посмотрел в ее глаза полные ненависти и лишь зябко повел плечами, но отступать и не собирался.

Джая, шатаясь от качки, оттолкнулась от перил капитанского мостика, и широко шагнула к штурвалу. Вцепившись в него, она принялась отталкивать меня, при этом ругаясь, и грозя всеми карами небесными.

- Пошел вон, - она сочилась яростью и ненавистью, - Не мешай мне управлять МОИМ судном, черт тебя дери!!! Это МОЯ посудина и Я решаю, каким курсом она пойдет, чтоб тебя акулы разорвали!!!

Суставы ныли, кисти, словно приросли к деревянному кругу штурвала, а ноги едва держались на палубе под всё новыми и новыми ударами неистового ветра, но я не отпускал штурвал, управляя кораблем.

Сквозь капли дождя, хлеставшие в лицо ледяными плетками, я увидел в водной дымке на палубе темную фигуру крупного мужчины. Присмотревшись, я узнал в нем первого помощника капитана Воеводу. Тот уверенно стоял на ногах даже в такую качку, только лишь держась руками за перила, и внимательно наблюдал за тем, что происходит на капитанском мостке, и как мне показалась, вмешиваться не собирался.

А шторм не утихал ни на секунду, как вдруг… Ветер сам собой прекратился, причем резко, за пару минут стихая до средней силы… Дождь закончился, а небо над головой стало ярко-голубым и чистым, как будто его протерли носовым платком.

– Граница муссонов, я не ожидал, что тут будет такой шторм, но слава Единому, нас всё-таки вынесло из этой передряги! – закряхтел Воевода, поднимаясь с палубы. Его все-таки сбило с ног последней волной.

– Куда… нас вынесло? – немного хриплым голосом спросил боцман. Его руки до сих пор мертвой хваткой держали стальные тросы, а ноги уже совсем подкосились, отчего Шилью Дождь просто повис на тросе, как на канате.

– Погоди, дай оглядеться – буркнула Чайка, так и не отпустившая штурвал из рук. Собственно я тоже не отпустил.

– Это берег Костей… – выдал Морской Еж – квартирмейстер[29], получивший прозвище за колкий характер,– надо уносить отсюда ноги.…

- А это вряд ли, - снова подал голос Воевода, - Мы, кажется, сели на мель…

На бриге все разом замолчали, как будто в тишине по звуку можно было определить сели мы на мель или нет.

- Черт тебя дери, Адмирал, - тихо прошипела моя змейка, - Господа, мы на берегу Костей и мы сели на мель! – объявила Джая всему пиратскому составу «Танцующей Гольфады».

Пираты загудели возмущенным роем, но Чайка их оборвала:

- Собрать все необходимое! Шлюпки на воду! Ночуем на берегу!

Уже в густых синих сумерках на воду были спущены загруженные продовольствием шлюпки. Пираты сели на весла и двинулись на сушу.

Берег Костей встречал нас туманом….

Глава 6.

Джаянна Кшетра.

Вулканический кусок суши, названный островом Мертвых, удобно лежащий на морских караванных путях, обладал небольшой бухтой и озером с пресной водой, но только с противоположной стороны относительно берега Костей. Так что проходящие мимо суда частенько заходили на него, чтобы отремонтироваться после шторма или боя, или пополнить запасы провизии и пресной воды.

Однако дольше положенного времени корабли здесь не задерживались, так как даже в этом, казалось бы, райском месте, по слухам, их поджидала куча опасностей.

Всякие твари, водящиеся на острове, и обитающие в прибрежных водах русалки-октопы (помесь между человеком и осьминогом), про которых рассказывают еще более страшные вещи, нежели про их "рыбьих" родственниц, поджидали тут моряков.

Моя команда, бывавшая не раз в подобной ситуации, быстро сориентировалась и через считанные часы мы разбили лагерь. Отдав приказ пиратам располагаться на ночлег, я уселась у костра с кружкой рома в попытках вернуть пошатнувшееся самообладание.

Меня безумно бесило, что этот напыщенный индюк, этот зазнайка – младший принц Торгрима Александр Раварта, а ныне обычный пират в команде, по прозвищу «Адмирал», опять присутствует в моей жизни, а главное лезет, куда его не просят!