Читаем CC – инквизиция Гитлера полностью

«Вам не следует забывать, что мы боремся, фюрер борется с всемирным врагом. Речь идет о том, чтобы оздоровить не только Германию, но и спасти весь мир от его духовной и моральной гибели. У вас этого еще не поняли. Итак, дело не в том, что ответ господина рейхсфюрера. СС отрицательный. Пожалуйста, поезжайте в те лагеря, которые мы вам предложим».

Пока «разговор» закончился безрезультатно. Буркхардт вспоминает: «Мы поднялись одновременно. Гейдрих остановился передо мной и, глядя через мое левое плечо, произнес сдавленным голосом: «За рубежом нас считают кровавыми псами, не так ли? Конечно, для отдельного человека это почти невыносимо, но мы должны быть тверды, как гранит, иначе дело нашего фюрера будет загублено. Когда-нибудь позже нас поблагодарят за то, что мы взвалили на свои плечи».

После этого Гейдрих оставил компанию, а у Буркхардта укрепилось впечатление встречи «с молодым и злобным идолом смерти».

Через два дня Гейдрих вновь пригласил к себе Буркхардта и разрешил (после предварительного согласования с Гиммлером) посещение делегацией концентрационных лагерей.

Буркхардт встретил человека со сложившимся мировоззрением. Противник был четко определен, сомнений в этом отношении у Гейдриха никогда не возникало. Он был абсолютно убежден в том, что его дело правое. А кто так думал, мог целыми днями за письменным столом подписывать приказы на расстрелы, а после работы быть верным и заботливым отцом семейства — поистине новый тип преступника с чистой совестью в своем сознании, бдительным оком следящего за врагом.

В серии статей для журнала «Черный корпус» под общим заглавием «Трансформации нашей борьбы» осенью 1935 года Гейдрих сокрушался, что «часть немецкого народа уже теперь, после двух лет национал-социалистической революции, становится абсолютно равнодушной по отношению к евреям». И далее: «Но организация СС видит в евреях упорное и неизменное стремление к своей цели, которая всегда означает только одно: завоевание господства над миром и уничтожение нордических народов». В этой мировоззренческой схватке, по мнению Гейдриха, нужно проявлять жесткость. «Ведь если мы, национал-социалисты, не выполним нашу историческую задачу, потому что проявляли излишнюю объективность и человечность, то, несмотря на эти смягчающие обстоятельства, нас не простят; Приговор будет прост: перед лицом истории они свою задачу не выполнили».

Поэтому теперь нет больше «врагов государства», а есть только «враги народа» — расовые враги.

В 1936 году Гейдрих сформулировал: «Движущие силы противника остаются неизменными: мировой иудаизм, мировое масонство и в значительной мере политическая чиновно-клерикальная бюрократия, злоупотребляющая религиозными вероисповеданиями».

Гейдрих смотрел на еврея как на «смертельного врага» всех нордически ведомых и расово-здоровых народов. «Его (еврея) цель была и остается господство над миром с помощью более или менее, видимой правящей верхушки. Для достижения этой цели хороши любые средства и организационные формы, независимо от того, насколько эта верхушка выглядит глупо и смешно. Путь этот остается всегда неизменным».

Как свидетельствует вдова Гейдриха, ее муж «был глубоко убежден в том, что евреи должны быть отделены от немцев. В его глазах евреи были безродными хапугами, цель которых добиваться для себя выгод и в конечном счете присосаться, подобно пиявкам, к телу чужого народа».

В многочисленных разговорах он разъяснял ей, что «антисемитизм — это не политика, а медицинская проблема». Вот свидетельство Лины Гейдрих: «Евреи не мешали Рейнгарду ни в политическом, ни в общественном плане. Они казались ему и мне в душе и в психике невыносимыми».

Ясно, что кто так говорит, — преступник по убеждению. Опираясь на исследования историка Михаэля Вильдта, Ральф Джордано пишет: «Гейдрих был прототипом такого нового человека, какого хотел иметь национал-социализм. Он был главным героем поколения рока. Более нечеловеческого больше нельзя было придумать. Все было возможно, лаже истребление миллионов людей».

Одной только внешностью — долговязый, светловолосый и атлетически сложенный — Гейдрих «олицетворял тип нового человека, которого расовое учение национал-социализма обожествляло как идеал. Гейдрих был совершенством для тех, кто должен был следовать за национал-социализмом».

Мир Гейдриха просто кишел врагами, которых он, действуя, как «девка по вызову», или, того хлеще, — «помойка империи», должен был устранять. Об этих «косых князьях», порой называемых им «вредителями», «идеальный национал-социалист» Гитлера должен был знать все.

«Чем ближе я познавал этого человека, — писал шеф внешней разведки СД Вальтер Шелленберг, — тем больше он напоминал мне хищного зверя: всегда начеку, всегда чует опасность, недоверчив ко всему и вся. При этом он был одержим ненасытным честолюбием — постоянно знать больше, чем другие, повсюду повелевать. Этой цели он подчинял все».