Читаем Был ли Гитлер диктатором? полностью

…при этом часто упускается из виду, что также современное уголовное право знает исполняющую временные обязанности диктатуру как мероприятие чрезвычайного положения, согласно Веймарской конституции (§ 48) — также закон о предоставлении чрезвычайных полномочий…

…форма государственного правления, при которой исполнение государственной власти в высшей компетентности охвачено одним государственным органом, (так) в Третьем рейхе сначала правительством, позже главой государства, в Советском Союзе парламентом, причем, пожалуй, по организационным причинам проведено разделение властей, но принцип сдержек и противовесов властей не осуществлен…

…диктатура — это также регулярное тоталитарное государство, напротив, в современности она только редко бывает абсолютистским государством; скорее преобладает конституционная диктатура».

Если в случае Гитлера можно вообще говорить о диктатуре, то, по-моему, только о конституционной диктатуре, так как он никогда, прежде всего в существенных вопросах, не действовал совсем в одиночку, зато большей частью принимал решения в рамках соответствующих законов и в согласии с имперским правительством. В совсем особых случаях он ставил вопрос, как известно, на голосование народа и руководствовался этим (Саар, наследие Гинденбурга, закон о предоставлении чрезвычайных полномочий) — будь это с помощью плебисцита, будь это через голосование в рейхстаге.

В 1933 году он, несомненно, мог бы прийти к власти и без голосования в рейхстаге. Но он предоставил себя и свое правительство решению старого рейхстага, где кое-кто голосовал за него, как будущий федеральный президент Теодор Хойсс и федеральный канцлер Конрад Аденауэр, с честными намерениями и отдавая Гитлеру свой голос, вовсе не будучи членом НСДАП.

Гитлер сам никогда не воображал, что обладает властью диктатора. Сделанное им во время войны признание, "если у кого-то из нас есть диктаторская власть, то у Рузвельта — от него в его стране зависит гораздо больше, чем от меня в моей", свидетельствует, на мой взгляд, о многом. И он считал Сталина еще гораздо более сильным, чем Рузвельт.