Читаем Буря полностью

Только когда мы начали спускаться, я поняла, что мы с Ронаном впервые поцеловались на глазах у всех моих друзей… и моего отца. По возвращению в лагерь, я не удивлюсь, обнаружив, что отец перенёс палатку Ронана на другой берег озера.

Во время спуска я рассказала ему всё, что помнила об исцелении. Всё это было похоже на сон наяву, и я не знала, как я это сделала. Как будто воспоминание о том, как я вылечила лису, заставила меня подсознательно сделать то же самое с пумой-оборотнем. Мама, возможно, смогла бы это объяснить, и я была воодушевлена мыслью, что скоро расскажу ей об этом.

Уже почти стемнело, когда мы добрались до подножия. Голоса и аромат жарящейся форели встретили нас, когда мы приблизились к лагерю, но, увидев нас, все притихли. Папа вопросительно посмотрел на меня, и я улыбнулась, желая заверить его, что со мной всё в порядке.

Я чувствовала на себе взгляды, когда в одиночестве шла к озеру, чтобы вымыть лицо и руки, и когда зашла в свою палатку, чтобы переодеться. После того, что они увидели, я ожидала пристальных взглядов, но мне хотелось, чтобы они что-нибудь сказали.

Выйдя из палатки, я увидела, что большинство моих друзей сидят и стоят вместе по одну сторону костра, я подошла к ним. Связь была глубоко личной, и я не была обязана объяснять им, почему держала это в секрете, но я хотела, чтобы всё было открыто.

Они наблюдали за моим приближением со смесью восхищения и замешательства. Единственный, кто избегал моего взгляда, был Кай. Я надеялась, что это было из-за неловкости, а не потому, что ему было больно.

— Это случилось в тот день, когда со мной произошёл несчастный случай, — сказала я без предисловий. — Поверьте мне, я была потрясена гораздо больше, чем вы сейчас.

Все улыбнулись, а Шон усмехнулся. Я вкратце рассказала им, как это произошло. Некоторым девушкам стало не по себе из-за того, что они говорили о Ронане, но я отмахнулась от этого. Они никогда бы этого не сделали, если бы знали о нашей связи.

Когда я закончила, Виктория лукаво улыбнулась мне.

— Теперь, когда все знают, ты собираешься переехать в палатку Ронана?

Димитрий фыркнул у меня за спиной.

— Нет, если только ты не хочешь увидеть, как пар валит из ушей папы.

Мальчики захихикали, но Кай был более сдержан, чем обычно. Когда вокруг нас возобновился обычный разговор, я жестом пригласила его отойти на несколько шагов.

— Это из-за него мы расстались? — тихо спросил он с ноткой грусти в голосе.

— Я не лгала, когда говорила тебе, что больше никого нет, но думаю, мой Мори почувствовал, что Ронан был моей парой, ещё до того, как мы связались, — честно сказала я. — Меня тянуло к нему, но не романтически, если это имеет смысл.

Он кивнул.

— Так было и с моими родителями. Мой отец говорил, что они даже не понравились друг другу, когда познакомились, но продолжали находить причины быть рядом друг с другом.

— Оглядываясь назад, я понимаю это сейчас.

Я взглядом отыскала Ронана. Он был один, по другую сторону костра. Теперь, когда мы больше не скрывали наших отношений, ни у кого не вызвало бы удивления, если бы я присоединилась к нему.

Через несколько минут папа позвал нас поесть. Я взяла две тарелки и подошла к Ронану. За едой мы почти не разговаривали, и мне понравилось, что никто из нас не чувствовал необходимости заполнять тишину разговорами.

После ужина кое-кому из ребят пришло в голову, что мы должны посмотреть, кто из стажеров быстрее всех пробежит вокруг озера. Я решила отсидеться, а Димитрий радостно похрустел костяшками пальцев, присоединяясь к остальным.

Когда температура начала падать, я придвинулась поближе к Ронану, который, казалось, не замечал холода. Не говоря ни слова, он поменял позу и теперь сидел позади меня, прижав меня спиной к себе и обняв меня руками. Я наблюдала за гонками и не обращала внимания на любопытные взгляды, которые бросали в нашу сторону. Я не могла припомнить, чтобы когда-либо чувствовала себя такой довольной и счастливой, как в тот момент.

— День благодарения через три недели, — сказал я. — Ты проведёшь его с моей семьей?

Ронан так долго не отвечал, что я подумала, не заснул ли он.

— Да.

Я улыбнулась и положила голову ему на грудь.

— Я должна предупредить тебя, что моя семья собирается всей семьей на праздники, и нас там будет не меньше дюжины.

Он усмехнулся.

— Думаю, что смогу это пережить.

— Кроме того, мама сказала мне пригласить тебя на ужин к нам домой на этой неделе, — я повернулась и посмотрела на него. — Если хочешь.

— Я бы хотел этого.

В свете костра его глаза горели, как два огня, и это согревало меня до самых кончиков пальцев на ногах. Мой взгляд упал на его губы, и мой пульс участился. Воспоминание о нашем поцелуе осталось на моих губах, и я жаждала его повторить. Если бы не отец, сидевший в трёх метрах от меня, я бы поддалась порыву притянуть его голову к себе и поцеловать его снова.