Читаем Буря полностью

— Нет, что-то намного большее, — её рот растянулся в медленной улыбке, обнажив её появляющиеся клыки. — Не волнуйся. Я голодна, так что всё закончится быстро.

Ей потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что я не кричала или не тряслась в ужасе. Её улыбка померкла, но я всё ещё могла видеть её клыки. Я бы солгала, сказав, что их вид не пугал меня, но мама всегда говорила, что капля страха это хорошо. Страх не позволит тебе стать самоуверенной и самодовольной.

Я не знала, что заставило её броситься на меня — голод или неопытность. Более опытный вампир задался бы вопросом, почему оставшись одна рядом с ним в аллее, человеческая девушка не проявляет страха.

Она быстро сократила дистанцию между нами. Я едва успела уклониться от атаки и нанести сильный удар ногой ей по рёбрам. Она споткнулась, но быстро пришла в себя, и в её глазах появился новый блеск. Вампиры любили, когда их добыча сопротивлялась.

Я была готова, когда она во второй раз бросилась на меня, обнажив клыки. Я подняла предплечье, чтобы блокировать её, и так сильно ударила её в челюсть, что онемела рука. Её голова откинулась назад, и я нанесла мощный удар ногой в грудь. Она врезалась в стену, ошеломлённая.

Я ещё раз осмотрела землю в поисках оружия, и мой взгляд упал на полуметровую ржавую трубу, торчащую из-под мешка с мусором. Я схватила её, с радостью заметив, что другой её конец был сломан и зазубрен. Это было не идеальное оружие, но оно должно было сгодиться.

Вампирша зарычала, оттолкнулась от здания, и мы закружили вокруг друг друга. В один миг её ноздри расширились, а выражение лица стало лихорадочным. В этот момент мой нос уловил в воздухе запах меди, и я увидела кровь, засочившуюся сквозь мой порванный рукав. Наверное, один из её когтей рассёк кожу во время последней атаки.

Я тяжело сглотнула и сильнее сжала трубу. Новообращенный вампир это одно, а вампир, обезумевший от жажды крови, это совсем другая история.

От рыка, который она издала, набросившись на меня, волосы на шее встали дыбом. Я изо всех сил замахнулась трубой, ударив её в голову и лишив равновесия. С коротким боевым кличем я бросилась на неё и вогнала острый конец трубы ей в грудь. Это было сложнее, чем клинком, но я давила, пока он не вошёл ей прямо в сердце.

Я отпустила трубу, и она безжизненно рухнула на землю. Тяжело дыша, я выпрямилась над ней. Я только что убила своего первого вампира, и всё это ощущалось как странный сон.

Меня привёл в чувство медленное хлопанье, и я подняла глаза на Эльдеорина, стоявшего недалеко от меня.

— Не то, на что я рассчитывал, но, тем не менее, впечатляюще, — проворчал он.

Я отступила от трупа, пылая от гнева.

— Кто-нибудь говорил тебе, что ты засранец?

Он мягко рассмеялся.

— Думаю, Сара называла меня так раз или два.

— Интересно, почему?

Я подняла руку и осмотрела рану. Кровь уже остановилась, но рукав был промокшим. Когда я вернусь домой, скрыть это будет невозможно.

Я не знала, что Эльдеорин рядом со мной, пока он не положил руку мне на плечо. Порез исчез, и рукав снова стал как новый.

— Сара захочет услышать о твоей тренировке, но будет лучше, если ты вернёшься невредимой, — сказал он.

— Лучше для кого? — я указала на мёртвую вампиршу. — В чём был смысл этого, помимо того, что я узнала, что у меня есть мамин вампирский радар?

Я не осознавала, что произнесла, до того, как рот Эльдеорина искривился в удовлетворённой улыбке.

— Ты почувствовала вампира.

Утверждение, не вопрос.

Я попытался пойти на попятную.

— Возможно. Я не уверена.

— Нет, уверена, — его улыбка стала даже шире. — Твоя магия ближе к поверхности, чем ты хочешь признать. Теперь мы должны понять, как почувствовать её.

— Если это не получилось рядом с вампиром, то почему ты думаешь, что сможешь?

— Всегда есть способ.

Он взял мою руку, и мир стал размытым. Когда всё снова обрело резкость, мы были там, где оставили маму и Димитрия несколько часов назад. В тёмном лесу стрекотали сверчки, над головой порхали летучие мыши, и пронзительно кричала сова. Я была рада оказаться дома.

Эльдеорин отпустил мою руку, и мы направились к озеру.

— Требуется ли сознательное усилие, чтобы подавлять твою магию?

— Я не подавляю её. Она исчезла.

— Я не уверен, действительно ли ты веришь в это или хочешь, чтобы поверили другие, — сказал он с насмешкой, которую я ожидала. — Возможно, поможет, если мы поговорим об инциденте.

— Нет, — я ускорилась шаг. — Ты всё знаешь.

Он не отставал от меня.

— Мне льстит твоё высокое мнение обо мне, но никто не знает всего.

— Ты был там, и ты знаешь, что произошло.

Я глядела вперёд, пока не показались огни моего дома. Я ни с кем не говорила об этом дне, даже с Димитрием. Если бы я могла, то полностью вычеркнула бы этот день из памяти.

— Я не буду заставлять тебя говорить об этом, — ответил он, и я поёжилась, потому что знала, он мог бы, если бы захотел. — Но я хочу, чтобы ты подумала об этом перед моим следующим визитом. Лучший способ вернуть твою магию, это отправиться назад, в тот момент, когда она была связана. А пока, я поищу другие варианты.

— Но я не хочу… — я осеклась, потому что Эльдеорин испарился.