Читаем Буря полностью

Вытирая лицо рукавом, я поняла, что это была самая долгая разлука в моей жизни. Это была также самая долгая разлука, которую мы с Димитрием провели с момента нашего рождения. Я осознала, что теперь мы взрослые, и наши жизни развели нас в разные стороны. У нас будут праздники и семейные посиделки, но жизнь уже никогда не будет прежней.

«Почему загрустила?» — Ронан спросил по нашей связи.

Я снова взяла его за руку. «Я не грущу. Я думаю, насколько всё будет иначе, если Димитрий не будет всё время рядом».

— Надеюсь, вы проголодались, — сказал Димитрий. — Мама немного переборщила с едой. Она распорядилась приготовить на кухне столько индейки и ветчины, что хватило бы накормить небольшую армию, а также около дюжины гарниров и десертов. Папе пришлось одолжить несколько столов в поместье, чтобы вместить всё это.

— Я умираю с голоду, — сказала я, смеясь.

То, что начиналось как ужин в честь того, что мы с Димитрием стали воинами, переросло в огромный семейный праздник в честь Дня благодарения, который мы пропустили в ноябре. Меня опечалило, когда Ронан признался, что никогда не был на ужине в честь Дня благодарения, и я хотела наполнить его жизнь всем тем, что он упустил.

— Ты знаешь, куда поедешь? — спросила я Димитрия.

— Нью-Йорк. Дядя Крис и тётя Бет пробудут там до конца года, — сказал он. — Я бы хотел, чтобы ты поехала со мной, но, полагаю, ты планируешь остаться здесь.

— Мы не говорили об этом много.

Этот вопрос напомнил мне, что нам с Ронаном нужно было поговорить об этом. Я хотела больше увидеть страну, но сомневалась, что буду счастлива, живя в командном центре в городе. Я знала, что он точно не будет счастлив. Ему нужно было охотиться, как минимум, раз в месяц, и он любил бегать. Я была бы счастлива жить здесь и путешествовать по работе, но я не хотела, чтобы он чувствовал себя обязанным оставаться здесь ради меня.

— Я думал… — Дмитрий сделал паузу. — Неважно.

Голоса и смех достигли нас раньше, чем озеро показалось в поле зрения. Первым, кого мы увидели, был Джейс, мой двенадцатилетний кузен, который схватил меня, как маленький полузащитник.

— Ты здесь, — закричал он высоким голосом, который вот-вот должен был измениться.

Я взъерошила его каштановые волосы, которые были того же оттенка, что и у моей матери.

— Если ты подрастешь ещё немного, то собьешь меня с ног.

— Привет, Дэни, — крикнул его четырнадцатилетний брат Дэниел, который был так похож на мою мать, что мог бы сойти за её младшего брата.

— Я что, невидимка? — с притворным негодованием спросил Димитрий. Он посмотрел на меня. — Ты ведь меня видишь, правда?

Джейс хихикнул.

— Мы видели тебя сегодня утром.

— Дай девочке передохнуть, Джейс.

Дядя Нейт подошёл к нам, улыбаясь. Он был маминым дядей, что делало его нашим двоюродным дедушкой. Он, тетя Андреа и мальчики жили в Эшвилле, Северная Каролина. В пятьдесят девять лет в его волосах было больше седых, чем каштановых, но он выглядел подтянутым и моложавым, как человек, ведущий активный образ жизни.

Я крепко обняла его.

— Я так рада, что ты смог приехать. Я знаю, какой у тебя сумасшедший график из-за нового фильма.

— Ничто не могло бы нас удержать, — сказал он.

Дядя Нейт был известным автором романов в жанре военного детектива, и по одному из его циклов был снят безумно успешный фильм-франшиза. В настоящее время они работали над пятым фильмом, и он был одним из продюсеров.

— Дядя Нейт, это Ронан, — сказала я, когда мы закончили обниматься. — Ронан, это мой дядя Нейт.

Они пожали друг другу руки, и Ронан сказал:

— Дэни подарила мне несколько ваших книг. Они мне нравятся.

Дядя Нейт улыбнулся мне.

— Он мне уже нравится.

Мы прошли меньше пяти метров, прежде чем темноволосая пара бросилась ко мне и заключила меня в объятия. Я представила Ронана бабушке Ирине и дедушке Михаилу, и мы вместе пошли к озеру.

Мы вошли в дом, где нас с Ронаном окружили мои родители, дядя Крис, тетя Бет, тетя Джордан, дядя Хамид, Грейс и дедушка Тристан. Я беспокоилась, что Ронану может быть неуютно в окружении такого количества людей, но он, казалось, чувствовал себя непринуждённо в кругу моей семьи.

Мама пригласила нас на веранду поужинать, потому что столовая не могла вместить столько гостей. Димитрий не шутил насчёт праздника. Длинный стол был накрыт на двадцать персон, а на боковых столиках стояли подогреватели для еды и большие сервировочные тарелки.

Ужин был шумным и весёлым. Все благодарили друг друга, что заняло некоторое время, потому что в этом году нам было за что быть благодарными. Были произнесены тосты за нас с Димитрием за то, что мы стали воинами, и ещё тосты за нас с Ронаном.

Когда все съели всё, что могли, мама и тетя Джордан зашли в дом и вышли оттуда, неся огромный праздничный торт с девятнадцатью свечами на нём. Они поставили его перед Димитрием и мной, и все запели «С днём рождения».

Я озадаченно посмотрела на маму, и она сказала:

— Мы не праздновали твой девятнадцатый день рождения в ноябре. Что может быть лучше, чем когда мы все вместе?