Мне это не нравится, но я была бы дурой, если бы сказала ей правду. Она бы с ума сошла, если бы узнала, что Рэн был здесь. Карина отменила бы свое свидание и провела остаток ночи, пытаясь уговорить меня донести на Рэна за то, что он прокрался на девичий этаж. Это вторжение — наименьший из его многочисленных грехов, но Карина ухватилась бы за него обеими руками, если бы решила, что этого будет достаточно, чтобы его исключили из академии.

— Я никогда раньше не видела такого перышка. Красивое, — говорит она, протягивая его мне обратно.

Я забираю его у нее.

— Да, красивое.

— Ты должна оставить его себе. Сделай с ним что-нибудь красивое. Я знаю, как сделать из него заколку для волос. Могу показать тебе, если хочешь.

— Было бы здорово.

Она хлопает в ладоши и делает глубокий вдох.

— Ладно. Я собираюсь выбраться отсюда. Пожелай мне удачи! Возможно, когда я вернусь, мне будет, что рассказать.

Я жду, пока она исчезнет в коридоре и завернет за угол, а потом достаю мобильник и начинаю печатать сообщение.

Я: оно прекрасно, но я его не оставлю.

Почти сразу же появляются три точки.

РЕН: лгунья.

Я: ты должен остановиться.

РЭН: зачем говорить то, что ты не имеешь в виду?

Я: о чем, черт возьми, ты говоришь?

РЭН: ты говоришь мне, что я должен остановиться. Но ты не хочешь, чтобы я останавливался. Это последнее, чего ты хочешь.

Черт возьми, от этого засранца мне хочется кричать.

Я: ты этого не знаешь. Ты понятия не имеешь, что творится у меня в голове.

РЭН: я знаю, что сегодня вечер пятницы, и ты никуда не пойдешь.

Я: Пойду. Я иду с Кариной.

РЭН: странно. Я только что видел, как она сжигала резину на дороге в своей дерьмовой Файрберд. И ты не сидела на пассажирском сиденье.

Я: Сталкер!

РЭН: я многое замечаю, малышка Эль. Подай на меня в суд. Ты осталась в академии, потому что хотела встретиться со мной.

Я: ты чертовски высокого мнения о себе, да?

РЭН: грубая честность очень похожа на высокомерие для неподготовленного глаза.

Я: Боже, просто остановись!

РЭН: встретимся.

Я: НЕТ.

РЭН: Дай мне час. Если ты не придешь, мне придется прийти к тебе. Тогда ты увидишь, какой я на самом деле сталкер.

Я: ТЫ СОШЕЛ С УМА! Ты не посмеешь прийти ко мне в комнату.

Моя кровь почти закипела. Я не могу поверить этому ублюдку. Он просто бессовестный.

РЭН: возможно. А может, и нет. Но для тебя безопаснее будет прийти ко мне.

Я: Ты действительно думаешь, что я вернусь в тот дом? Где вы втроем могли бы сделать со мной бог знает что?

На этот раз маленькие точки загораются не сразу. Проходит целая минута, прежде чем они появляются снова, и я стою у окна в своей комнате, глядя на постепенно сгущающиеся сумерки, которые ползут к академии, сомневаясь в собственном здравомыслии. Почему я так сильно хочу, чтобы он ответил? Как я могу быть настолько глупой?

РЭН: Пакс и Дэшил никогда бы и пальцем тебя не тронули. Они знают, что после этого никогда больше не смогут ходить. Но это неважно. Если ты не хочешь идти сюда, я пойду туда. Встретимся на чердаке. 8 вечера.

На чердаке? Он знает об этом месте? Боже, неужели нигде в Вульф-Холле я не в безопасности от этого парня?

Я: НЕТ, РЭН.

Он не отвечает.

Я: Я не собираюсь встречаться с тобой, Джейкоби. У меня нет желания умереть.

Мой телефон молча лежит на ладони, пока экран не становится черным.

Глава 17.

ЭЛОДИ