Читаем Бумеранг судьбы полностью

А еще ему хотелось побыть с сестрой. Вдвоем, только он и она, и никого больше. В Париже им редко доводилось встречаться. Мелани часто обедала или ужинала с авторами, он то и дело уезжал из столицы, чтобы побывать на очередной стройке, или в последний момент отменял свидание из-за неотложного дела. Иногда она приходила к нему по воскресеньям, когда дети были у него, и они все вместе готовили поздний завтрак. Мелани готовит самую вкусную в мире яичницу-болтушку… Да, Антуан ощущал потребность побыть наедине с сестрой в этот трудный для нее период. Разумеется, у него много хороших друзей, которые дарят ему радость и жизненную силу. Но сейчас больше всего он нуждался в Мелани – в ее присутствии, ее поддержке и жаждал нащупать единственную нить, связывавшую его с прошлым.

Антуан забыл, как долго добираться в Вандею из Парижа. Они обычно ездили туда на двух автомобилях: страдающий одышкой «ситроен DS» для Робера, Бланш, Соланж, Кларисс и Мелани и нервный «триумф» для отца с его «гаваной» и для него, Антуана, сидящего на заднем сиденье и испытывающего тошноту. Шесть-семь часов в дороге, включающих время, потраченное на завтрак в маленькой гостинице в окрестностях Нанта. Дед всегда выбирал место с красивыми столами и безупречным обслуживанием.

Интересно, что об этих поездках помнит Мелани? Ведь ей в ту пору было на три года меньше, чем ему… Антуан посмотрел на сестру. Она больше не подпевала магнитоле. Мелани рассматривала свои руки с тем суровым и внимательным выражением лица, которое временами казалось ему пугающим.

Так ли уж хороша эта идея? Радуется ли его сестра перспективе оказаться в Нуармутье после стольких лет? Вернуться туда, где их ждало детство, неподвижное, как спящая вода?

– Теперь ты вспомнила? – спросил Антуан, когда автомобиль стал подниматься на высокий дугообразный мост.

По правую сторону вдоль берега высились гигантские серебристые ветряки.

– Нет, – ответила она. – Но кое-что я все-таки помню: папа нервничает, потому что дедушка, как всегда, что-то напутал с расписанием приливов и нам пришлось ждать в машине. Потом мы проехали по дамбе Гуа. Это было здорово.

Он тоже помнил, как им пришлось дожидаться отлива. Они ждали несколько часов. Ждали, когда дамба Гуа соизволит подняться из волн. Но вот наконец показалась сверкающая мощенная камнем дорога – подводная дорога протяженностью в четыре километра, на которой имелись островки безопасности для неосторожных водителей и пешеходов, застигнутых врасплох прибывающей водой.

Мелани украдкой положила руку ему на колено.

– Антуан, мы могли бы поехать к дамбе? Мне это доставит массу удовольствия.

– Конечно!

Таинственная дамба… «Гуа», которое все произносят как «боа». Само звучание этого слова казалось ему волшебным. Старинное имя для древней дороги…

Дедушка никогда не ездил по новому мосту. Он никак не мог привыкнуть к тому, что за проезд по мосту нужно платить деньги, и постоянно жаловался, что эта «бетонная язва» портит пейзаж. Он всегда ездил по дамбе Гуа, не обращая внимания на насмешки сына и целые часы ожидания.

Воображение уже рисовало суровый крест на холме, предваряющий въезд на дамбу. «Защищать и любить», – шептала всегда Кларисс, сжимая ладонь Антуана. Сильный запах выброшенных на берег водорослей и соленые укусы ветра кололи ему лицо.

Он сел, очарованный танцем волн, которые, уходя, оставляли после себя широкое серое пространство. На мокром песке тут же появлялось множество охотников за ракушками, вооруженных сетками для ловли креветок. В памяти всплыло очередное воспоминание: маленькие ножки Мелани, бегущие по крупнозернистому песку, и пластмассовое ведерко, полное морских петухов и раковин литорин.[2] Дед с бабкой, как всегда рука об руку, время от времени благосклонно поглядывающие на них. И длинные черные волосы Кларисс, развевающиеся на ветру. Путь открыт, и автомобили снова едут по дамбе Гуа. Нуармутье на время перестал быть островом. Но скоро море вступит в свои права.

Антуан без устали слушал наводящие ужас рассказы о дамбе. Садовник отеля «Saint-Pierre», папаша Бенуа, с особым удовольствием смаковал самые ужасные подробности. Особенно нравилась Антуану история о несчастном случае 1968 года, когда три члена одной семьи утонули: их застал врасплох прилив, и они не догадались выйти из машины и забраться на вышки, установленные вдоль дамбы на этот случай. Трагедия освещалась в газетах. Как могло случиться, что вода заполнила автомобиль, и почему пассажирам не удалось из него выбраться? Антуан никак не мог найти ответ. И тогда пропахший сигаретами «Gitan» и красным вином папаша Бенуа повел его посмотреть, как вода поглощает дамбу Гуа.