Читаем Бумеранг полностью

У ярко освещённых десятком мощных прожекторов ворот стрельцовской дачи переложил автомат на свои колени. А вдруг он сможет им воспользоваться? Смешно... Машину окружили откуда-то повыскакивавшие обвешанные оружием волкодавы- охранники. Стас не успеет взять автомат с колен, как рой пуль превратит и его, и машину в сплошное решето. Автомат остался лежать на коленях. Недолго. Один из охранников распахнул водительскую дверцу и, наставив на Стаса короткий ствол "узи", преспокойно конфисковал оружие. Другой с дебильной улыбкой на губах за шкирку вытащил его из машины и, не удержавшись от соблазна, врезал ему коленом в поддых. Громов скорчился от острой боли, в то же самое время, ожидая получить ещё с десяток ударов. И получил бы. Но в разборку вмешался старший охранник - детина ростом под метр девяносто, затянутый в защитный армейский камуфляж с карабином через плечо.

- А ну! - прикрикнул он на разгорячённого быка. - Без мордобоя было приказано!

Взяли его под белые ручки, и повели к шефу.

Двое не менее дюжих мордоворота подхватили скорченного Стаса подмышки и так поволокли внутрь усадьбы Василия. Позади, управляемая кем-то из охраны, шуршала шинами по асфальтовой дорожке, покоцаная "девяносто девятая". На небольшом перекрёстке машина ушла направо к гаражу, а Стаса поволокли по левой дорожке, ведущей к коттеджу Василия. До крыльца "избушки" оставалось несколько метров, как вдруг на всю округу раздался душераздирающий крик:

- Убью, су-у-ка!

Конвоиры обернулись и увидели несущегося к ним на всех парах Кешу. Им стало понятно, что так разозлило Кешу. Конечно, убитая "девяносто девятка". Машина, она, как жена... Глаголин подскочил к повисшему на руках конвоиров Стасу, вырвал его из их цепкой хватки и пошёл от всей души отрываться. Замесил бы до смерти, но встрял один из конвоиров.

- Всё, хорош! - Толкнул он в грудь Глаголина. - Шеф приказал живым доставить.

Стрельцов, оповещенный охраной о прибытии "дорогого гостя", уже спустился в холл. Втащили Громова.

- Я же приказал без телесных повреждений! - нарочно грозно набросился он на своих быков, увидев во что, превратился ещё не подживший фейс Громова.

- Это не мы, - хором пошли в отказ охранники.

- А кто же? Фонари-то у него свежие.

- Это я. - В дверях виновато топтался Кеша.- Он мою тачку в хлам превратил и самого чуть не пристрелил. Это он, я его узнал. Бригадир, отдай его мне. Я его кишки ему на шею намотаю! Он по ходу и Храпа уже где-нибудь замочил!

- Все свалили отсюда! - властно махнул рукой Василий на своих быков.

Никто из них приказа ослушаться не смел. Вышли. Громов оставшийся без подпорок, брякнулся на пол.

Василий отошёл в дальний угол холла, где за пластиковой стойкой размещался небольшой бар с огромным ассортиментом качественного спиртного. Налил себе немного виски в тонкостенный стаканчик, вышел из-за стойки, прихватил в свободную руку высокий стульчик, стоявший здесь же, у стойки, и вернулся к Громову. Сел, закинув ногу на ногу, отпил глоточек ароматной жидкости, только потом начал разговор.

- Ну, здравствуй, дорогой. Ты уж извини, что не предлагаю тебе выпить. Времени у нас с тобой на это нет.

- Да я с тобой на одном гектаре хезать не сяду, - разлепил разбитые губы Стас.

Оскорбление пролетело мимо ушей Василия. Собака лает - ветер носит.

- Ничего мне сказать не хочешь?

- Падла ты. Это весь тебе мой ответ.

Василий даже бровью не повёл.

- Ну, если это всё, что ты хотел сказать, то будем прощаться. Я вот только думаю, как с тобой проступить: ментам сдать или своим пацанам отдать? Кеше, например. Нет, ментам я тебя не отдам. За кровь моего Чена ты должен расплатиться собственной кровью. Это по понятиям будет.

- О каких понятиях ты говоришь? - Стас смог подняться с пола и, покачиваясь, стоял на своих ногах перед восседающем на мягком стуле Стрельцовым. - О понятиях вспомнил? Грязные игры без правил - это, по-твоему, понятия.

- Какие игры, Стас? - усмехнулся Василий. - Это случайность. Да и сам ты виноват. Кто же ствол в наше время в машине оставляет? Догадался, значит, по чьему "фасу" тебя травили. Кстати, кроме ментов, хозяина оружия, из которого завалили самого грузинского законника, его кореша до сих пор ищут.

- На тебе кровь женщины, матери! И я тебя с того света достану! - уверенно пообещал Стас.- И клал я с прибором я на твоих чёрных!

- Вот на том свете и встретимся. - Василий слез со стула и снова отошёл к барной стойке. - Только ты отправишься туда немедленно, а я через лет пятьдесят. А на счёт крови твоей бабы, я ее не убивал. С убивцем ты рассчитался. Жаль, хороший был парень. Большие надежды подавал. Всё, Стас, прощай. Меня ждут большие дела.

- Какие же? - Громов просто оттягивал свой предсмертный час, умирать-то не хотелось.

- А почему бы и не сказать тебе, какие? - Василий допил виски и снова плеснул в стаканчик. - Честный бизнес, Стас. Хватит с криминалом вязаться.

- Это ты что ль будешь честным бизнесменом? - Стас сплюнул жидкую кровь прямо себе под ноги. - Бизнесхрен ты, а не бизнесмен!

- Надоел ты мне и поздно уже. Короче, прощай!