Читаем Булгаков на пороге вечности. Мистико-эзотерическое расследование загадочной гибели Михаила Булгакова полностью

Короче говоря, я вынужден был признаться самому себе, что всего дороже мне личная свобода и одиночество. Заставьте меня выбирать между семейными узами – несвободой и вольницей хиппи – и я, не раздумывая, шагну за дверь, чтобы жизнь по-цыгански; выражение «нон-стоп!» стало моим кредом. Особенно, если перед этим вы принудите меня выслушать массу чепухи о том, как мне следует поступать «для моей же пользы».

Женщины, любят забивать себе голову всяким вздором, выуживая его из разнообразных дамских гламурных журналов. Да, в этом я крепко убежден. Проверено лично мной. Я и сам строчил для таких же подобные статейки. Хотя, надо сказать, этой чепухой я баловался так, между делом. Я ведь довольно долго сочинял научно-популярные статьи по медицине – про стрессы, влияние запахов и то, что любовь приходит к нам…через нос, благодаря обонянию, а также о загадках геопатогенных зон, шаровых молниях и НЛО, загадках Бермудского треугольника, тайнах «Чернобыля» для популярного московского журнала «Чудеса вокруг света». Я переключился на этот спектр безобидных тем с того момента, когда осознал, что не может журналист заниматься политикой и выдавать при этом честные, откровенные материалы. Потому что в политике ангажированность стопроцентная. Зато как репортер, специализирующийся на тайнах, загадках и мистификациях, я получал возможность колесить не только от Москвы до Санкт-Петербурга, но и совершать вояжи в ближнее и дальнее зарубежье.

В Питер я отправился по личной просьбе моего шефа. Целью командировки было осветить работу научной конференции по проблемам стресса. Как-то утром шеф пригласил меня к себе в кабинет и заявил, что «с тех пор, как нашими читателями стали депутаты ГосДумы и Федерального собрания, мы обязаны прилагать все усилия для того, чтобы помочь нашему журналу «удержаться на плаву в бурном море коммерции». Страсть главного редактора к взаимоисключающим метафорам могла соперничать лишь с его любимыми разглагольствованиями на тему: «Что требуется подать вкусненького нашим читателям». Я, впрочем, знал подоплеку разговора. Шеф, посылая меня в Питер проветриться, втайне надеялся, что я там раздобуду кое-какую сенсационную информацию по интересующей не только его, но и большинство наших читателей теме, что естественно подхлестнёт рейтинг журнала и облегчит ему жизнь. Дело именно так и обстояло, иначе он никогда бы не раскошелился на авиабилет в Питер для своего подчиненного. Наш главный не отличался щедростью, был скуп на дела и слова благодарности…

Я пришел в журналистику после того, как уволился из «конторы», а проще говоря, с работы правительственного агента в европейских странах. Служил под прикрытием посольств. За годы службы я принял участие в разных спецпроектах и операциях – в Германии, Австрии, Франции и даже в Мексике, вернее – Месоамерике. Так что теперь, пожалуй, как никто другой, знаю, какой смысл закладывался в выражение «цель оправдывает средства». На протяжении долгих двадцати лет я был и спецагентом, и советником, и военным атташе под «зонтиком» дипмиссии посольства. Я верил, что отстаиваю интересы СССР, затем России, борясь против ее врагов. За годы службы был много раз отмечен благодарностями в приказах, денежными и иными подарками. Если бы об этом узнали мои коллеги, то я был бы в их глазах настоящим героем. Но я-то знаю истинную себе цену…

Что касается журналистских опусов, я занялся ими около пяти лет назад, когда оставил службу в «конторе». На то были причины. Будучи в Германии, я более всего опасался своих нежели традиционных наших врагов из СИС(Англия), ЦРУ(США), БНД(ФРГ) и других спецслужб. В какой-то период мне пришлось даже залечь на дно и прожить в Германии более семи лет. Я женился на добропорядочной фроляйн из Дойче банка, стал преуспевающим бюргером и по сути сохранил себе жизнь. А когда на родине всё пришло в норму и в соответствие с его величеством законом, то вернулся в новую Россию, осенённую трёхцветным российским флагом.

В России я устроился в научно-популярный журнал и ушёл с головой в написание статей, редактирование опусов авторов, где излагались различные туманные методики, связанные с веществом, оставшимся после посадки и взлёта НЛО, которое излечивало от безнадёжных болезней: от злокачественных новообразований до психических недугов. Я поклялся сидеть в своём гнёздышке – однокомнатной квартире на ВДНХ тихо, как мышка, и не высовываться, и скоро наловчился стряпать собственные фирменные журналистские блюда, украшая каждый шедевр завлекательным названьицем типа «СПИД: болезнь или надувательство и как не стать его жертвой?», «Чем пахнет стресс», «Любовь приходит через…нос» и обильно приправляя тексты цветными иллюстрациями, которым позавидовали бы немецкие журналы «Фокус», «Штерн» или «Бильд».

Я взял себя в руки, памятуя о том, что был и остаюсь крепким мужчиной; и по старой профессиональной привычке приказал себе не вешать нос ни при каких обстоятельствах. Но некое дурное предчувствие точно червь точило не только мою душу, но и моё реальное нутро с жарко бьющимся сердцем.