Читаем Булгаков полностью

"ХАНСКИЙ ОГОНЬ", рассказ. Опубликован: Красный журнал для всех. Л., 1924, № 2. В X. о. описано подмосковное имение князей Юсуповых Архангельское, после революции превращенное в санаторий и музей. Пожар в усадьбе, возможно, навеян пожаром усадьбы Муравишниково недалеко от села Никольского в Сычевском уезде Смоленской губернии, где Булгаков был земским врачом в 1916-1917 гг. Пожар этот случился вскоре после Февральской революции по невыясненным причинам. Одним из прототипов главного героя X. о. князя Тугай-Бега, вероятно, послужил персонаж романа польского писателя Г. Сенкевича "Пан Володыевский" (1888) татарин Азия Тугайбеевич, сын татарского предводителя Тугай-бея, убитого в 1651 г. поляками в битве при Берестечко. Азия стал польским шляхтичем, но затем предал свою новую родину, сжег польское местечко и присоединился к татаро-турецким войскам. За свою измену Тугайбеевич заплатил страшной смертью на колу, куда его посадил сын убитого Азией шляхтича. У Булгакова князь Тугай-Бег - потомок повелителя Малой Орды Хана Тугая. Он сжигает усадьбу, дабы народу не достались плоды культуры, в ней накопленные. Тугай-Бег при посещении музея-усадьбы выдает себя за иностранца, на поверку оказавшись русским эмигрантом. "Пожилой богатый господин-иностранец, в золотых очках колесами, широком светлом пальто, с тростью" в X. о. - прямой предшественник "иностранца" Воланда в "Мастере и Маргарите", представляющегося литераторам на Патриарших прибывшим издалека профессором черной магии (в ответ Иван Бездомный и Михаил Александрович Берлиоз тотчас заподозрили в нем иностранного шпиона или белоэмигранта). Характерно, что в другом месте X. о. подчеркивается серый цвет пальто у Тугай-Бега - намек на его инфернальность. Ведь дьявол - это "Некто в сером, именуемый Он", если воспользоваться образом пьесы Леонида Андреева (1871-1919) "Жизнь человека" (1907). Одеяние князя в X. о. сближает его с Воландом: в "Мастере и Маргарите" сатана "в дорогом сером костюме, в заграничных, в цвет костюма туфлях. Серый берет он лихо заломил на ухо, под мышкой нес трость с черным набалдашником в виде головы пуделя". Князь в X. о. проклинает бывший свой дворец: "Народное так народное, черт их бери", а в финале усадьба "Ханская Ставка" действительно достается черту: Тугай-Бег ее поджигает. Тем самым предвосхищен пожар в "Мастере и Маргарите", где в огне, зажженном подручными Воланда, гибнет Дом Грибоедова.

В X. о. впервые в булгаковском творчестве встречается мотив человека-тени, человека, мертвого при жизни, получивший дальнейшее развитие в пьесе "Зойкина квартира" (1926), где мы встречаемся с Мертвым телом тоже "бывшим", как и Тугай-Бег, только топящим свою злобу в вине. В X. о. князь, которому ночью в усадьбе кажется, что оживают портреты на стенах и фотографии в шкафах, бормочет: " - Одно, одно из двух: или это мертво... а он... тот... этот ...жив... или я... не поймешь,...

Тугай провел по волосам, повернулся", увидал идущего к шкафу, подумал невольно: "я постарел", - опять забормотал: - По живой моей крови, среди всего живого шли и топтали, как по мертвому. Может быть, действительно я мертв? Я - тень? Но ведь я живу, - Тугай вопросительно посмотрел на Александра I, - я все ощущаю, чувствую. Ясно чувствую боль, но больше всего ярость. - Тугаю показалось, что голый мелькнул в темном зале, холод ненависти прошел у Тугая по суставам., - Я жалею, что я не застрелил. Жалею. - Ярость начала накипать в нем, и язык пересох". Похожим образом в "Мастере и Маргарите" после сеанса черной магии в Театре Варьете финдиректор Римский находит в своем кабинете администратора Варенуху, не отбрасывающего тени, и рассказывающего ему фантастическую историю о похождениях директора Театра Варьете Степана Богдановича Лиходеева. Против Лиходеева у Римского нарастает давно копившаяся ярость, пока он не обнаруживает, что Варенуха не отбрасывает тени и видит в окне голую Геллу, сознавая наконец, что столкнулся с нечистой силой.