Читаем Булгаков полностью

Неслучайно в Д. Г. такое большое место занимает роскошный ресторан. Чревоугодие было одной из немногих страстей, которой охотно отдавались официально признанные советские литераторы. Председатель Главреперткома в 1932-1937 гг. драматург и театральный критик Осаф Семенович Литовский (1892-1971) был одним из самых непримиримых противников Булгакова и деятельно способствовал запрещению всех булгаковских пьес. В своей мемуарной книге "Так и было" (1958) он с удовольствием приводит диалог "красного графа" А. Н. Толстого (1882/83-1945) с актером Театра Революции (нынешнего Театра им. В.В.Маяковского) М.М.Штраухом (1900-1974) на премьере одной посредственной пьесы: "Как-то раз после обеда у меня Алексей Николаевич пошел в Театр Революции на премьеру довольно слабой пьесы "Клевета"... Когда в первом же антракте Максим Максимович Штраух спросил, как ему понравилась пьеса, Толстой ответил на вопрос вопросом и спросил, обедал ли он когда-нибудь у Литовского.

- Если вы, Максим Максимович, не обедали, я вам очень рекомендую. Это настоящий хлебосол, типичный еврейский помещик. А как кормят! Гм... промычал Толстой и поцеловал кончики пальцев".

Фамилия Литовского спародирована в фамилии погубившего Мастера критика Латунского, члена МАССОЛИТа. Двенадцать же членов руководства МАССОЛИТа, напрасно ожидающих в Д. Г. своего председателя, пародийно уподоблены двенадцати апостолам, только не христианской, а новой коммунистической веры. Погибший Берлиоз повторяет судьбу Иисуса Христа, правда смерть претерпевает как Иоанн Креститель - от усекновения головы.

"Штурман Жорж" - это не только пародия на французскую писательницу Жорж Санд (Аврору Дюпен) (1804-1876) (под таким псевдонимом пишет присутствующая на заседании в Д. Г. "московская купеческая сирота" Настасья Лукинична Непременова, автор морских батальных рассказов). Тут есть и конкретный прототип из булгаковских современниц - драматург Софья Александровна Апраксина-Лавринайтис, писавшая под псевдонимом "Сергей Мятежный". Как свидетельствуют записи в дневнике третьей жены писателя Е. С. Булгаковой, Апраксина-Лавринайтис была знакома с Булгаковым и в марте 1939 г. безуспешно пыталась дать ему свое либретто для Большого Театра. 5 марта Елена Сергеевна отметила: "Звонок.

- Я писательница, встречалась раньше с Михаилом Андреевичем и хорошо его знаю...

- С Михаилом Афанасьевичем?

Поперхнулась. Фамилия неразборчивая. Словом, написала либретто. Хочет, чтобы М. А. прочитал". 8 марта писательница позвонила вторично и "оказалось, Сергей Мятежный". Отметим, что в отличие от "С. Мятежного", Булгаков хорошо запомнил Апраксину-Лавринайтис, ибо восходящая к ней колоритная героиня появлялась уже в ранних редакциях "Мастера и Маргариты" под псевдонимом "Боцман Жорж" и с почти апокалиптическим возрастом 66 лет. Другим прототипом "Штурмана Жоржа", скорее всего, стала Лариса Михайловна Рейснер (1895-1926), писательница и активный участник гражданской войны, во время которой она вместе со своим мужем Федором Федоровичем Раскольниковым (Ильиным) (1892-1939) в качестве политработника находилась на кораблях красного флота. Впечатления того времени воплотились в военно-морской прозе Л.А.Рейснер. Она стала прототипом женщины-комиссара в пьесе Всеволода Вишневского "Оптимистическая трагедия" (1933). Ф. Ф. Раскольников, один из руководителей советских военно-морских сил, а позднее дипломат, в конце 20-х годов был начальником Главреперткома и редактором журнала "Красная Новь". В это время Булгаков не побоялся подвергнуть публичной критике пьесу Раскольникова "Робеспьер" (по воспоминаниям Е. С. Булгаковой, автор пьесы был настолько взбешен критикой, что ее муж даже опасался выстрела в спину).

Беллетрист Бескудников в ранней редакции был председателем секции драматургов, причем появлялся в Д. Г. "в хорошем, из парижской материи, костюме и крепкой обуви, тоже французского производства". Эти детали связывают данный персонаж с героем рассказа "Был май" молодым драматургом Полиевктом Эдуардовичем, только что вернувшимся из-за границы и одетым во все иностранное. Очевидно, у Полиевкта Эдуардовича и Бескудникова был общий прототип - писатель и драматург Владимир Михайлович Киршон (1902-1938), гонитель и конкурент Булгакова.