Зарядье - белое пятно на исторической карте города. Даже сохранившиеся, хрестоматийные памятники Варварки вызывают много вопросов. Строительная история таких известных, отреставрированных и общедоступных зданий, как Английский двор и палаты Романовых, довольно противоречива. То ли есть под церковью Георгия фрагменты храма XV века, то ли нет. Молодежь изумляется неожиданному открытию подклета алевизовской постройки в храме Варвары, а старшие исследователи ворчат: «Подумаешь, открытие! Достаточно было в подвал спуститься, и вот вам Алевиз, виден невооруженным глазом!» Но почему же вы раньше об этом не писали, не рассказывали? «Да никто не спрашивал…» Давайте наконец спросим хоть о чем-нибудь, благо есть еще горожане, ясно помнящие лицо и характер прежнего Зарядья.

Скромная старожилка Алина Михайловна попросила не называть ее фамилию. «Зачем? Все равно ничего интересного я не расскажу». Но для нас существенна всякая деталь. Например:

- Мы жили не в самом Зарядье, а по другую сторону Китайгородского проезда, во дворе нынешнего министерского здания. Там стояли бараки, и еще в пятидесятые люди поросят в сараях держали, вот это настоящая экзотика. А в Зарядье, в Кривом переулке, находилась моя первая школа. То есть надо было с Варварки идти вниз и, не доходя церкви Анны, свернуть во двор налево. Переулок был застроен довольно капитальными зданиями, и школа тоже была четырехэтажная, с потолками чуть не по четыре метра и лифтом. Первые два этажа были жилые, на третьем школа для мальчиков, на последнем - для девочек. Выходишь из лифта - слева от лестничной клетки школьные коридоры, справа дверь. И когда звенел звонок, учительница наша выходила с тетрадочками прямо из своей квартиры на урок… Дальше и ниже школы - ветхие, грязные домики, нам родители говорили, что туда ходить не надо. Зато по другую сторону Варварки, в самом ее начале, наоборот, сплошные кружки, клубы, мы туда в кино бегали. А вдоль Китайгородской стены вниз по проезду шла огромная аллея и сворачивала на набережную. Когда стену начали разбирать, она обрушилась прямо на набережную, где по аллее, как обычно, гуляли дети. Это я хорошо помню, потому что впервые тогда на похоронах оказалась.

Позабытые трагедии города, которого больше нет.

V.

Особенно ценны воспоминания тех, кто провожал Зарядье в последний путь, - архитекторов, обмерявших перед сносом его древние постройки. Подробную виртуальную экскурсию по несуществующему посаду может провести Инесса Ивановна Казакевич, старейший и авторитетнейший реставратор столицы. Она обследовала Зарядье в 1950-х, впоследствии участвовала в реставрации уцелевших памятников Варварки.

- Впервые я попала сюда, когда мне было шесть лет, родители привели меня в музей палат Романовых. Это на меня произвело очень сильное впечатление, знаете, как у Эйзенштейна в «Иване Грозном» - каменные лестницы, тени на сводах. Потом, через много лет, когда мы эти палаты реставрировали, я предложила нарочно приглушить цвета, сохранить загадочный полумрак интерьеров. Видите, все в жизни связано, как в хорошем романе: идет, идет и опять возвращается к началу.

Вскоре, перед войной, отец еще раз взял меня с собой в Зарядье, чтобы показать мне этот невероятно интересный район, умирающий, затихающий, совершенно своеобразный. Мы прошли переулками, и мне запомнились зарядские «гальдерейки», дома с наружными лестницами. Все это еще было, но уже такое темное, народу мало. А конкретно отец хотел показать мне церковь Анны, потому что в ней тогда делали одеяла такие, из лоскутов (Зарядье было средоточием мелкой промышленности - артели, мастерские). Отца поразило, что и церковь, и сараи, ее окружавшие, были сплошь обвешаны этими лоскутками. Зрелище и правда впечатляющее.

Я вернулась сюда уже после Архитектурного института, в 1950 году. Меня как молодого архитектора включили в группу, которая занималась фиксацией Китайгородской стены перед ее сносом. Руководил группой профессор Рувим Петрович Подольский. Он приучал нас быть именно исследователями, а не просто ремесленниками. Я была назначена ответственной за участок стены вдоль набережной. Мы заложили шурфы, раскрыли замурованные ворота, нашли очень сложные выходы на стену. Были сделаны подробнейшие обмеры. К сожалению, они так и не опубликованы, многие листы разворованы, но многое и осталось. Сейчас подобная работа просто немыслима. Компьютер - великое изобретение, но с ним утрачена вот эта тонкость, когда вымеряется и прорисовывается каждый кирпич, когда ты руками все прощупываешь. Мы знали, что рано или поздно стену восстановят, хотя бы частично, потому делали все так тщательно.

Когда я включилась в работу, Зарядье было уже не то, что перед войной. Многое разобрано, огорожено заборами, за которые нас не пускали, построен стилобат высотного здания. Люди здесь еще жили, но только в верхней части Зарядья, в больших доходных домах у Знаменского монастыря.