Читаем Буденный полностью

Реакция на речь была самой неожиданной. А когда все успокоились, командарм предложил избрать председателя съезда. Все тут же дружно закричали: Буденного! Буденного! Секретарем избрали Трушина. Необычный съезд принял резолюцию: 1) каждый из участников «Второй повстанческой волны» расписывается в списках против своей фамилии и получает справку о роспуске организации; 2) повстанцы должны сдать все имеющееся у них оружие. Для руководства борьбой с бандитским движением на Северном Кавказе и координации всех гражданских организаций и воинских частей было создано краевое военное совещание по борьбе с бандитизмом в Ростове-на-Дону. Председателем крайвоенсовещания утвердили Ворошилова. 21 июня был издан приказ № 1 Северо-Кавказского краевого совещания «О помиловании всех добровольно сдавшихся бело-зеленый отрядов». В нем объявлялась амнистия всем трудящимся казакам и крестьянам, обманом, по своей темноте и несознательности вовлеченным в бандитские отряды и добровольно сдавшимся до 1 сентября 1921 года. Многие бандиты явились с повинной, однако ярые враги Советской власти решили перейти в открытое наступление. Тогда командующий войсками Северо-Кавказского военного округа Ворошилов издал приказ, который потребовал от войск округа перейти к беспощадному истреблению бандитов. Общее руководство боевыми действиями по уничтожению Кубанской повстанческой армии было возложено на Буденного. 19 сентября командарм выехал в Краснодар. Неподалеку от города, в станице Динской, уже шли ожесточенные бои. Буденного сопровождал начальник политического управления округа О. У. Сааков, начальник особого отдела Конармии Г. А. Трушин. А на другой день, 20 сентября, Буденный получил приказ за № 1590/оп, в котором говорилось, что в целях «лучшей согласованности действий наших частей для полного уничтожения банд РВС СКВО приказывает члену РВС СКВО и командарму 1-й Конной т. Буденному вступить в командование всеми войсками, расположенными на Кубани и Черноморье». Не теряя времени Буденный быстро оценил обстановку. У командарма созрело решение — прижать белогвардейские части к реке Кубань, окружить с трех сторон, а когда те станут переправляться через реку с целью уйти в горы, ударить по ним. Он приказал начальнику 4-й кавдивизии направить в этот район 2-ю кавбригаду, которой командовал смелый и отважный К. И. Горячев. Противник оказался в тупике: с севера — Кубань и Тшитское водохранилище, с запада — река Белая, с востока — река Лаба. Оставалось закрыть тупик с юга. И этот тупик закрыла 2-я кавбригада. 22 сентября в коротком, но жестоком бою у реки Белой враг был разбит, остатки так называемой Кубанской повстанческой армии, насчитывавшей 1600 штыков и 2500 сабель при 49 пулеметах, рассыпались в горах, но в течение нескольких дней были уничтожены. Вскоре с политическим бандитизмом на Северном Кавказе было покончено. Это позволило командованию округа сосредоточить внимание на боевой учебе в частях и подразделениях. 27 ноября Буденному сообщил член РВС округа А. С. Бубнов, что ему и Ворошилову необходимо немедленно выезжать в Нальчик, где открывается I учредительный съезд Советов Кабардинской автономной области. 28 ноября делегация прибыла в Нальчик. От имени Центрального Комитета РКП (б) и ВЦИК РСФСР Ворошилов приветствовал делегатов и в их лице весь кабардинский народ. Затем слово было предоставлено Буденному. Он говорил об обстановке на Северном Кавказе, о том, что надо всемерно укреплять Советскую власть. Победив буржуазию политически и на военном фронте, говорил командарм, мы должны победить ее экономически, то есть ликвидировать разруху и восстановить народное хозяйство. Если мы решим эту злободневную задачу, то никакие враги нам не будут страшны. Командарм призвал трудящихся области к бдительности, к борьбе против бандитизма и скрытой контрреволюции. Поздно вечером все трое — Ворошилов, Буденный и Бубнов — возвращались на отведенную им квартиру. Провожал их руководитель кабардино-балкарских большевиков Б. Э. Калмыков, с которым командарм в дальнейшем дружил. Проходя по центральной улице, Буденный заметил, что она называется Воронцовской. Семен Михайлович тут же сказал Калмыкову, что не годится иметь на Кавказе улицы в честь царских наместников. Назвали бы вы ее по-новому, например Кабардинской. Его предложение было принято. Уже на другой день командарм заметил на многих домах свежевыструганные дощечки, на которых химическим карандашом было написано: «ул. Кабардинская». Вернувшись в Ростов, Буденный вновь много ездит по станицам и хуторам, встречается с крестьянами, интересуется их жизнью. В начале декабря он прибыл в родную станицу. Не успел отдохнуть с дороги, как к нему пришла делегация крестьян. Высокий усатый казак, щуря карие глаза, сказал: продразверстку заменили продналогом, это, конечно, хорошо. Но ведь налог распространяется на каждого, даже самого бедного, крестьянина. А где, например, ему взять мясо, если в хозяйстве один-два вола, на которых он пашет? Выходит, надо идти к богатому казаку и покупать у него мясо, чтобы сдать продналог… Буденный решил о просьбе крестьян рассказать В. И. Ленину на IX Всероссийском съезде Советов, куда его избрали делегатом. В декабре 1922 года Буденный приехал в Москву. В первый же день он встретился с Владимиром Ильичем.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное
Айвазовский
Айвазовский

Иван Константинович Айвазовский — всемирно известный маринист, представитель «золотого века» отечественной культуры, один из немногих художников России, снискавший громкую мировую славу. Автор около шести тысяч произведений, участник более ста двадцати выставок, кавалер многих российских и иностранных орденов, он находил время и для обширной общественной, просветительской, благотворительной деятельности. Путешествия по странам Западной Европы, поездки в Турцию и на Кавказ стали важными вехами его творческого пути, но все же вдохновение он черпал прежде всего в родной Феодосии. Творческие замыслы, вдохновение, душевный отдых и стремление к новым свершениям даровало ему Черное море, которому он посвятил свой талант. Две стихии — морская и живописная — воспринимались им нераздельно, как неизменный исток творчества, сопутствовали его жизненному пути, его разочарованиям и успехам, бурям и штилям, сопровождая стремление истинного художника — служить Искусству и Отечеству.

Юлия Игоревна Андреева , Надежда Семеновна Григорович , Лев Арнольдович Вагнер , Екатерина Александровна Скоробогачева , Екатерина Скоробогачева

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Документальное