Читаем Буденный полностью

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

НА МИРНЫЕ РЕЛЬСЫ

1

Глубокой осенью 1920 года Первая Конная армия совершила еще один переход — из освобожденного Крыма в район Екатеринослава. Здесь она должна была сократить свою численность, дать отдых бойцам и принять участие в ликвидации кулацко-петлюровского бандитизма, покончить с бандами Махно. Предстояло умело увязать вооруженную борьбу с широкой разъяснительной работой среди населения: опираясь на бедноту, привлечь на свою сторону середняка, помочь ему разобраться в событиях. Буденный дал указание командному составу, политработникам и членам партии кропотливо работать на местах, поддерживая постоянную связь с парткомами, Советами и комнезамами; все важнейшие политические кампании проводить совместно. Вместе с тем Буденного беспокоило предстоящее сокращение войск. Дело в том, что 24 декабря Совет Труда и Обороны под председательством В. И. Ленина принял постановление, известившее мир о победе над Врангелем. Гражданская война и борьба с иностранными интервентами была закончена. Возникла необходимость вернуть одетых в солдатские шинели рабочих и крестьян к мирному труду. При этом отнюдь не снималась задача сохранения боевой мощи Вооруженных Сил: ведь нападение империалистов на Республику Советов не исключалось. Буденный старался выявить главное в предстоящей перестройке армии, определить место и роль конных масс в общей организации Вооруженных Сил. Командарм предложил провести специальное заседание Реввоенсовета армии, послушать мнение начальников дивизий и управлений. Два дня продолжалось заседание, на котором председательствовал Ворошилов (Буденный по этому случаю писал: «К. Е. Ворошилову, как члену ЦК партии и члену ВЦИК, мы с общего согласия предоставили право всегда быть председателем Реввоенсовета армии»). Обсуждались следующие вопросы: 1) о назначении Конармии; 2) численность, состав я характер Конармии; 3) сокращение армии и проведение такового; 4) о воздухофлоте; 5) об учреждениях и отделах армии, их реорганизации; 6) штабы дивизий и штабы бригад. Реввоенсовет долго и во всех деталях обсуждал, какая структура явится лучшей для армии, сколько оставить дивизий, нужно ли объединять их в корпуса; сколько в каждой дивизии должно быть бригад, полков, в полку — эскадронов; численность эскадронов. Сохранять ли оба штаба — основной и полевой. После обсуждения пришли к выводу: корпусное строение не нужно. В армии иметь пять дивизий и одну отдельную кавбригаду, 5-я дивизия необходима как крупный армейский резерв. В дивизии — три бригады, шесть полков, каждый — из пяти эскадронов. В эскадроне — 135 сабель. Сначала все шло хорошо, и Буденный особого волнения за Конную армию не испытывал. И в это время командарм получил приказ Реввоенсовета республики, предписывающий уволить с военной службы бойцов допризывного возраста и всех старше 30 лет. Когда начальник штаба Клюев по распоряжению командарма произвел подсчет, оказалось, что предстояло уволить из армии в запас почти 10 тысяч человек! А ведь среди них немало опытных командиров. Как же быть? И когда в декабре Буденный приехал в Москву делегатом на VIII Всероссийский съезд Советов, то очень хотел обсудить эти вопросы с В. И. Лениным. 22 декабря в Большом театре, где проходил съезд, Буденный встретил Владимира Ильича. Пожимая командарму руку, Владимир Ильич с улыбкой сказал:

— Первая Конная блестяще справилась со своей задачей. Фрунзе доложил мне об этом. Я верил в силу и наступательный порыв Первой Конной и, как видите, не ошибся. Отчаянные и храбрые у вас бойцы, Семен Михайлович. В их характере есть что-то от вас, а?

Буденный смутился. Речь зашла о Махно. Ворошилов сказал, что Махно поддерживают кулаки. Они его опора. К тому же на Украине не все крестьяне охотно идут за Советами. Буденный уточнил: зажиточные во многом помогают Махно. Ленин успокоил командарма и высказал твердую уверенность в том, что это временное явление и вскоре крестьянство пойдет за нами. В заключение беседы Ленин задал командарму несколько вопросов, касающихся дел в Конармии. Буденный доложил, что у конармейцев замечается большая тяга к мирному труду, командиры и комиссары надеются на мирную передышку, но по-прежнему крепко держат в руках оружие. Империалистам, мировой буржуазии не очень-то следует доверять — внезапно могут напасть, армия должна быть начеку.

— Пусть ваши командиры и политработники так и отвечают бойцам, — сказал Владимир Ильич. — Теперь мы можем трудиться с гораздо большей уверенностью, чем когда бы то ни было. Часть бойцов демобилизуем, а костяк останется. Ну, как по-вашему, правильно это?

— Считаю так, — ответил Буденный, — что бы там ни было, товарищ Ленин, армия должна быть готова к любым неожиданностям.

— Верно! Военную готовность мы должны сохранить, во всяком случае. Хотя армию мы будем сокращать…

— А не скажется это на боевой готовности? — спросил командарм.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное
Айвазовский
Айвазовский

Иван Константинович Айвазовский — всемирно известный маринист, представитель «золотого века» отечественной культуры, один из немногих художников России, снискавший громкую мировую славу. Автор около шести тысяч произведений, участник более ста двадцати выставок, кавалер многих российских и иностранных орденов, он находил время и для обширной общественной, просветительской, благотворительной деятельности. Путешествия по странам Западной Европы, поездки в Турцию и на Кавказ стали важными вехами его творческого пути, но все же вдохновение он черпал прежде всего в родной Феодосии. Творческие замыслы, вдохновение, душевный отдых и стремление к новым свершениям даровало ему Черное море, которому он посвятил свой талант. Две стихии — морская и живописная — воспринимались им нераздельно, как неизменный исток творчества, сопутствовали его жизненному пути, его разочарованиям и успехам, бурям и штилям, сопровождая стремление истинного художника — служить Искусству и Отечеству.

Юлия Игоревна Андреева , Надежда Семеновна Григорович , Лев Арнольдович Вагнер , Екатерина Александровна Скоробогачева , Екатерина Скоробогачева

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Документальное