Читаем Буденный полностью

Когда закончилась Великая Отечественная война, Буденному исполнилось 62 года. Но об отдыхе он не думал, хотелось еще многое сделать. Впоследствии он говорил, что, когда ездил по стране и видел разрушенные города и села, у него «от боли за людское горе душа разрывалась на части», хотелось работать больше и лучше, чтобы поскорее залечить раны, нанесенные войной. В 1947 году по предложению Генерального секретаря ЦК партии маршал Буденный по совместительству назначается заместителем министра сельского хозяйства СССР. В беседе с ним И. В. Сталин спросил:

— Вот скажите, что требуется для успешного развития животноводства в стране?

Буденный доложил, что для этого необходимы два условия: во-первых, создание прочной кормовой базы, во— вторых, организация и проведение племенной работы в животноводстве…

— Я же говорил, что вам все это хорошо знакомо, — сказал Сталин. — У меня была беседа с министром сельского хозяйства Бенедиктовым. Он говорит, что у вас есть опыт по организации и руководству коневодческим хозяйством страны…

Бывший министр сельского хозяйства СССР И. А. Бенедиктов вспоминал: «В один из обычных рабочих вечеров, было это в 1947 году, в моем кабинете раздался требовательный звонок.

— Бенедиктов у аппарата.

— Здравствуйте, Иван Александрович, — услышал я хорошо знакомый голос Н. А. Поскребышева. — Сейчас с вами будет говорить товарищ Сталин.

— Товарищ Бенедиктов, — услышал я неторопливый, чуть с хрипотцой голос Иосифа Виссарионовича, — мы тут в Политбюро посоветовались и приняли решение направить к вам заместителем по коневодству товарища Буденного…

После небольшой паузы, длившейся ровно столько, чтобы я мог сообразить, что бы это означало, Сталин сказал еще несколько слов о том, что коневодство, этот особый, государственной важности участок находится в запущенном состоянии и его надо как можно скорее выправлять.

«Такого человека к нам, в Министерство сельского хозяйства», — невольно подумал я после того, как положил трубку на рычаг. Честно говоря, в те минуты мне подумалось, что, как бы ни сложилась его работа в качестве моего заместителя по коневодству и куратора главка этой отрасли, он подомнет своим авторитетом и славой всех специалистов…»

Кое-кому это назначение Буденного показалось странным — маршал, военный деятель и вдруг занимается вопросами сельского хозяйства. Однако маршал воспринял это как ответственное задание партии. «Новая должность не помешала моему маршальскому званию, — писал Буденный. — Работал. Старался, и как будто мною были довольны». А вот что сказал спустя годы И. А. Бенедиктов: «Буденный, большой знаток вопросов коневодства и коннозаводства, сделал для сельского хозяйства очень многое. Достаточно сказать, что написанная им книга «О племенной работе в коневодстве и коннозаводстве» стала настольной для зоотехников и специалистов в области продуктивного животноводства».

Сразу же после окончания войны вопросам дальнейшего развития сельского хозяйства страны Коммунистическая партия и Советское правительство уделили огромное внимание. В стране не хватало лошадей, крупного рогатого скота. Свою работу в министерстве Буденный начал с того, что укрепил кадрами все звенья коневодческого хозяйства страны. Особенно тщательно подбирал руководящие кадры для конных заводов. Он лично знакомился с каждым директором конного завода, инструктировал их. Чаще всего это были люди опытные, бывшие командиры кавалерийских частей и соединений, которых хорошо знал маршал. Буденный много ездил, изучал работу конных заводов, колхозов и совхозов, встречался с их руководителями, секретарями райкомов партии, специалистами сельского хозяйства и обсуждал многочисленные вопросы. Без коренного улучшения кормления и содержания животных, говорил им маршал, а также без правильно проводимой работы по улучшению существующих и по выведению новых пород, отбора и подбора невозможно добиться высокой продуктивности животноводства. Что касается племенной работы в животноводстве, ее надо строить на основе передовой биологической науки. Об этом Буденный сказал и на сессии Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук имени В. И. Ленина, проходившей 5–9 мая 1949 года.

Сессия обсудила вопрос о задачах научно-исследовательских учреждений по выполнению трехлетнего плана развития общественного колхозного и совхозного продуктивного животноводства (1949–1951 гг.). Позже Буденный писал, что академия и вся научно-исследовательская сеть должны так организовать свою работу, чтобы она способствовала быстрейшему подъему животноводства. В одной из своих статей он отмечал: «Работники академии, институтов, специалисты всех звеньев должны держать тесную деловую связь с колхозами, совхозами, так как только при этом условии они смогут совершенствовать свои знания, быть полезными стране и не превратятся в схоластов, мимо которых пройдет живая действительность».

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное
Айвазовский
Айвазовский

Иван Константинович Айвазовский — всемирно известный маринист, представитель «золотого века» отечественной культуры, один из немногих художников России, снискавший громкую мировую славу. Автор около шести тысяч произведений, участник более ста двадцати выставок, кавалер многих российских и иностранных орденов, он находил время и для обширной общественной, просветительской, благотворительной деятельности. Путешествия по странам Западной Европы, поездки в Турцию и на Кавказ стали важными вехами его творческого пути, но все же вдохновение он черпал прежде всего в родной Феодосии. Творческие замыслы, вдохновение, душевный отдых и стремление к новым свершениям даровало ему Черное море, которому он посвятил свой талант. Две стихии — морская и живописная — воспринимались им нераздельно, как неизменный исток творчества, сопутствовали его жизненному пути, его разочарованиям и успехам, бурям и штилям, сопровождая стремление истинного художника — служить Искусству и Отечеству.

Юлия Игоревна Андреева , Надежда Семеновна Григорович , Лев Арнольдович Вагнер , Екатерина Александровна Скоробогачева , Екатерина Скоробогачева

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Документальное