Читаем Будем жить! полностью

Кстати, а девчонка перспективная. Черт с ней, пусть страшная, уродливая, зато… полезная. Из нее можно будет сделать классного палача! Ее все будут бояться, и уродливая внешность ей только в помощь!

– Молодец! – Глад довольно кивнул и похлопал девку по тощему заду. – Будешь моей помощницей! Будешь убивать, кого я скажу, пытать отступников! Тебя все будут бояться, все будут уважать! А кто не будет уважать, убьешь, потому что, раз не уважает тебя, – не уважает меня! Поняла?

– Поняла! – Девчонка снова плюхнулась на колени и поцеловала Гладу правое запястье. И теперь ему не было противно ее прикосновение. Все-таки приятно, когда тебе поклоняются! Когда перед тобой пресмыкаются! И так будет со всеми!

– Теперь займись делом, – деловито приказал Глад. – Режь сердце на кусочки и подавай их будущим адептам Красного Ордена. Эй, вы, подходите по одному! Ешьте сердце врага, целуйте клинок! А ты… как тебя звать?

– Мила! Меня звать Мила! – Девчонка-палач смотрела на него преданными глазами рабыни, и Гладу снова стало приятно. Нет, он ее не убьет! Такими кадрами не разбрасываются! Сумасшедшая? Так ну и что? Он и сам… не особо здоровый. Вот и будет ему помощница. Надо будет научить ее как следует владеть ножом, да и приемы карате неплохо бы показать. Но – потом.

– Мила… макай нож в кровь. И давай им слизать – после того как проглотят сердце. Поняла? А если кто откажется есть сердце врага, если кто-то откажется слизать кровь, убей его или ее. Как хочется убей, медленно или быстро – как тебе нравится. И да, зови меня… господином! Обращайся так: «Мой господин!»

Глад слышал такое обращение в каком-то историческом сериале, и оно ему очень понравилось. Вот теперь и пригодилось. И это было приятно. Власть – она сродни сексу. По крайней мере Глад сейчас это определенно ощутил.

Никого убивать не пришлось, хотя переблевалось не меньше тридцати процентов его новой кодлы… его Ордена. Мила отреза́ла кусочек сердца и совала в рот адептам, глядя в лицо темными, будто из одних зрачков состоящими глазами (ну до чего все-таки страшная!), а потом подавала нож, покрытый уже загустевшей, темной, пахнущей нечистотами кровью. Нечистотами, потому что, ничуть не заботясь о том, чтобы взять свежую кровь, Мила просто втыкала клинок в брюшину покойника и вытаскивала его уже окровавленным, со стекающими по лезвию густыми каплями «вишневого сиропа». Ну а само собой – в брюшине воняет совсем не французскими духами, особенно когда рассечены кишки.

И все лизали. С хлюпаньем, с рвотными позывами, но лизали, лизали, лизали!

А Глад наслаждался. Он никогда не был так счастлив, никогда не получал такого удовольствия, как сейчас, наблюдая, как люди, подчиняясь его воле, делают то, что он приказал. И никаких попыток бунтовать! Никаких возмущений! Сломать человека оказалось так просто…

А может, они всегда были такими? Стадо, которое только и ждет пастуха! И вот – нашелся пастух, и эти овцы пошли за ним, не смея даже поблеять!

«Погодите, то ли еще будет! Когда вы попробуете крови по-настоящему, когда вы убьете, когда изнасилуете того, кого захотите, – вот тогда вы и будете все с потрохами принадлежать Гладу. Пока вы всего лишь боитесь. Пока вы еще не принадлежите ему всей душой».

Закончилось посвящение в адепты Красного Ордена большой пирушкой. Из холодильников гостиницы, остававшейся резиденцией Глада, были извлечены всевозможные яства, пока что не испортившиеся, – электричество, как ни странно, все не отключалось, хотя по логике давно уже должно было сдохнуть. Глад думал над этим вопросом – он понимал, что скоро ни электричества, ни газа не будет и что наличие этого самого электричества есть какая-то шутка судьбы, ведь некому уже следить за тем, чтобы ГРЭС или АЭС давали энергию, не говоря уж о ТЭС, работавших на мазуте. Скоро эта лафа закончится, и к зиме нужно будет подумать о том, как сохранить тепло. Иначе и Глад, и вся его кодла просто померзнут.

Но это все позже. Пока что до зимы далеко, и надо заняться совсем другими делами – например, создать из толпы придурков настоящих отморозков, способных защитить и своего господина, и свое никчемное тело. И не только защитить, но и как следует покромсать тела конкурентов, то есть тех, кто не входит в Гладов Орден.