Сдаться у них не вышло. Едва они, подняв ружья за стволы вверх прикладами, вышли с тропы на дорогу, из кустов с противоположной стороны раздался ружейный залп, и налетчики попадали. Попытка схватить убийц ничего не дала — убежали они стремительно, а оседланные лошади ждали неподалеку. Пока верховые объезжали заросли, чтобы выйти на след, прошло достаточно времени, чтобы бесперспективность погони стала очевидной.

По следам удалось понять только то, что лошадей в этом месте стояло десятка три, а всадников, что увели их с собой, то ли пять, то ли шесть. А ушли они в сторону степи.

Осмотрев убитых, Тарк с прибывшими на помощь соседями восстановил примерную картину событий этого утра. Охрана обнаружила нападение и встретила атакующих ружейным огнем. Охотничьи двустволки налетчиков — это совсем не то, что винтовки охранников Мэллорна, поэтому пока справились, полтора десятка человек потеряли. А потом выяснилось, что кто-то из служителей питомника во время заварухи успел увести людов, и доктор, которого обязательно следовало пленить, тоже успел скрыться. Поэтому-то и принялись пытать не успевшего сбежать чистильщика клеток, чтобы вызнать, где искать пропажу. А тут Тарк все им спутал в очередной раз.

Смущало отсутствие раненых. Ведь даже своих добили. Невольно припомнились события в Осеннем Дворце. Снова нападение на усадьбу владетеля провинции, и опять ни одного живого участника событий не оставлено. И вот еще что! Последний из остававшихся в живых выходец со старой Земли погиб насильственной смертью.

Прочитав все книги из библиотек Мэллорна и Матрохина, Тарк задал хозяину немало вопросов, и картина прошлого ему понятна. В старом мире люди не проживали и сотни лет, но у них рождались дети, которые учились и нередко превосходили предков в науках или ремеслах, чтобы оставить свои знания потомкам. Похожим образом обстояли дела и в горной стране, где вырос он и его жена, но это закончилось. Теперь люди не старятся и не умирают, но и детишки у них не заводятся, за исключением редких случаев. А опытные, умудренные жизнью, несмотря на свой юный вид, обитатели Мэлтера довольствуются тем, что имеют и не особенно стремятся к тому, чего у них нет.

— Тарк, по всему выходит, теперь тебе нужно володетелем быть. — Максим Катапут, что привел подмогу, вывел парня из задумчивости.

— А чего это я? Мы с Кирой тут чужаки, приезжие.

— Нам без разницы, откуда вы взялись. Главное, питомник сберечь, чтобы дети рождались, а ты в этом лучше всех должен понимать. И сэр Артур наверняка тебе много такого рассказал про все, отчего да почему. В общем, командуй.

— Да ведь некем, считай, всех побили, супостаты. Давай-ка порядок заведем: кому детишки нужны — пускай послужат на подворье да на посылках. А без этого мне тут с делами не справиться.

— Так мне нужен наследник. Послезавтра с женой переберемся сюда.

— Не надо с этим спешить. Ты лучше возьми еще троих желающих, да ступайте по следу. Догонять не надо, а вот узнать, куда эти гады подались, обязательно нужно. Явно ведь намеревались и людов и доктора заполучить, чтобы обзавестись детишками.

— Да мы все отправимся, — заверяет Максим.

— Не надо всем. В ближайшие годы только на четыре попытки материала имеется. Да и то неведомо, удачно ли пройдут.

Про то, что людям, желающим стать родителями, рассчитывать надо на долгую службу, он объяснит позднее, когда все успокоятся. А сейчас важно убедить собравшихся в том, что расплачиваться он намерен честно. Тарк уже пересчитал людов, что под присмотром служителя прошли обратно в помещения питомника. Они ручные и послушные, но запоры прочны, и решетки надежны. Всяко бывало. Особенно после прогона их по огороженной беговой дорожке.

Глава 6

НАСЛЕДНИКИ

Тарк упорно перечитывает бумаги погибших хозяев. И первого — Матрохина. И последнего — Мэллорна. Чем больше читает, тем сильнее запутывается. Врач, конечно, оставил немало записей о долгожителях, о своих наблюдениях за ними.

Он, оказывается, начал заниматься вопросом еще за сто с лишним лет до переброски сюда, и сам сделал прививку бессмертия примерно двум десяткам мужчин и своей жене. При первых опытах источники материала чаще гибли, чем выживали. А вот потом он научился делать отбор, не нанося вреда здоровью донора. То есть, теоретически, был способен одарить долгой здоровой жизнью хоть бы и все человечество при наличии в своем распоряжении хотя бы одного, как их там называли, эльфа. Но придержал это знание и умение до тех пор, пока не возникла возможность использовать разработанную технологию исключительно в собственных интересах.