Читаем Будда полностью

Отец Аллана Каннингема, Джон Каннингем, был управляющим имением некоего шотландского аристократа. Он женился на Елизабет Харлей, дочери купца из городка Дамфрис, расположенного на юго-западе Шотландии. Она родила пятерых сыновей (один из них умер в младенчестве) и четырех дочерей. От матери дети получили острый ум, поэтическую натуру и чувствительную душу. Аллан, как и его братья, путешествуя по деревушкам, записывал старые шотландские баллады. Под их воздействием он начал сочинять и сам. Собранные баллады, включая сочиненное им, он предложил для издания Роберту Хартли Кроме-ку (1770–1812), английскому граверу, редактору, торговцу произведениями искусства и удачливому дельцу. Книга вышла в свет в 1809 году под названием «Литературное наследие, Песня о событиях в Ницдейле и Геллоувее». Кромек, разумеется, понял, где оригинальные старые тексты, а где новые, только что написанные, но решил поддержать еще не искушенного автора и сделал вид, что не разобрал подделку.

Дружеское участие шотландского поэта Джеймса Хогга (1770–1835), друга семьи Аллана Каннингема, а также выход этой книги позволили молодому поэту сблизиться со всемирно известным шотландским писателем Вальтером Скоттом (1771–1832).

Аллан Каннингем с детства знал Джеймса Хогга, автора популярного готического романа Исповедь оправданного грешника, собирателя шотландских народных песен и баллад, получившего в Шотландии ласковое прозвище Эт-рикский пастух, по названию местности, где он родился. У этого неутомимого говоруна и эрудита был широкий круг знакомств. С кем только из знаменитостей он не встречался! Из гениев назову Джорджа Гордона Байрона (1788–1824), Роберта Саути (1774–1843), Уильяма Вордсворта (1770–1850). Вокруг него толпилось столько людей, что я сомневаюсь, что Джеймс Хогг всех их поименно помнил.

В то время ходить в гости друг к другу и знакомить старых приятелей с новыми было в порядке вещей, считалось хорошим тоном. Писатели первой половины XIX века зарабатывали прилично, так что денег на жизнь им хватало, даже оставалось кое-что на гостеприимство. К сожалению, такая ситуация сохранялась недолго. Ведь развитие капитализма, особенно на его решающей стадии, разрушает патриархальные отношения.

Во второй половине XIX века прожить на одни литературные гонорары человеку, обремененному большой семьей, стало практически невозможно. Отец Аллана познакомился с Джеймсом Хоггом через великого шотландского поэта Роберта Бёрнса (1759–1796), который был их соседом и любил посидеть в дружеской компании. В Лондоне, куда Аллан Каннингем переехал в 1810 году, он работал парламентским репортером, что не мешало ему одновременно сотрудничать с несколькими лондонскими журналами.

Настоящее счастье отец Александра Каннингема нашел в семейной жизни, женившись 1 июля 1811 года на девице Джин Уолкер (1791–1864), которая была служанкой в доме, где он остановился в Лондоне. Она родила ему пятерых сыновей и одну дочь и пережила своего мужа на двадцать два года.

Хочется отдать дань уважения матери Александра Каннингема. По дому она делала все сама: убирала, стирала, стряпала, шила, занималась детьми. В муже и детях был смысл ее жизни. В ней обнаружился дар ненавязчивого учительства. Так, она искренне считала пребывание в обществе безнравственных людей верхом неприличия. Все людские пороки Джин Уолкер представляла в образе адского гончего пса из шотландских легенд по кличке Ку Ши. Это было страшное чудовище с зеленой шерстью и заплетенным в косичку кольцеобразным хвостом. Этот страшный пес был часто героем сказок, которые она рассказывала детям на ночь. Надо ли говорить, что подобные монстры запоминаются на всю жизнь и укрепляют в человеке волю к сопротивлению злу? Мать была верующей женщиной и понимала, что греховные мысли подвигают людей на поступки, расплата за которые ужасна.

Литературная карьера Аллана Каннингема складывалась наилучшим образом. Он писал одну книгу за другой. Многие его песни, особенно о приключениях на море, распевали в народе. Гонорары за вышедшие книги существенно дополняли его заработки журналиста и администратора. И все-таки получаемых денег на всю семью катастрофически не хватало. Приходилось на многом экономить и искать пресловутую руку помощи, которая в подобных случаях всегда старается хитро увернуться и не попадаться на глаза. Оставалось уповать на Божию милость и на содействие друзей, особенно когда речь заходила о получении детьми качественного образования.