Читаем Будь со мной полностью

— Все в порядке, девочка. Что, выдался трудный денек? Да, у меня тоже. Знаю. Ну ладно, давай, пойдем.

Пол на кухне мокрый, его недавно вытерли. На столе лежит написанная от руки записка. В записке аккуратным, но немного дрожащим почерком значится следующее:

Я здесь немного прибрала. Надеюсь, с собакой все обошлось. Дай нам весточку, когда сможешь. М. х.

Ты не имеешь ни малейшего понятия о том, кто такая «М». Кладешь записку обратно на стол и достаешь из комода собачьих крекеров для Тесс, которая тут же усаживается и начинает с радостью взирать на коробку с лакомством.

— Хорошая девочка, — говоришь ты, предлагая ей угощение в форме косточки. Лакомство исчезает за секунду.

— Ну, — говоришь ты. — И что мы будем с тобой делать?

Достаешь телефон и отправляешь Саре сообщение, что с Тесс все в порядке. Она не отвечает.

В доме тепло, намного теплее, чем в коттедже, но быть здесь без Сары как-то странно. Ты меряешь шагами гостиную, а Тесс ходит за тобой хвостиком. На журнальном столике возле дивана стоит свадебная фотография в рамочке — Сара и Джим. Тебя там не было, хотя через общего друга ты узнал все подробности. Они устроили экстравагантную, броскую церемонию, вполне в стиле Джима, как ты тогда подумал. Старинная усадьба, две сотни гостей, фейерверки и все в таком духе. Несмотря на это, тебе приходится признать, что на фотографии молодожены выглядят счастливыми.

Сара, как всегда, красавица, волосы убраны назад и подколоты шпилькой с бриллиантом. Она смеется, откинув голову, в то время как Джим стоит к ней в пол-оборота, держит за обе руки и смотрит в объектив. Он смотрит прямо на тебя, и такое чувство, что насмехается.

— Смеется тот, кто смеется последним, старина Джим, — тихо говоришь ты в пустоту комнаты.

Сидящая у тебя в ногах Тесс заглядывает в коридор и жалобно подвывает.

Со второго этажа доносится скрип паркета.

Там, наверху, кто-то есть.

Сара

Бэйзила приходится оставить на ночь под наблюдением врачей, но ветеринар квалифицирует его состояние как «стабильное». Ему дали активированный уголь, чтобы вывести остатки яда. После капельницы пес немного ожил. Рентген не показал никаких случайных тромбов либо инородных тел. Результаты анализа крови должны прийти только завтра, и они, что наиболее вероятно, помогут выяснить, было ли отравление.

— Лабрадоры тащат в пасть все, что им попадается, — сообщает ей ветеринар. — Если вы живете где-нибудь в глуши, то он, скорее всего, добрался до какой-то отравы.

— Яда?

— К сожалению, иногда случается и такое. Если бы мы точно знали, что он съел, можно было бы связаться с работниками «Линии поддержки специалистов по ядам». Но вы, кажется, не помните, чтобы он что-нибудь ел во время прогулки? Может, порасспрашиваете соседей, выясните, не раскладывал ли кто-нибудь яд?

Сара думает о Гарри и Мойре Баттонах. Они бы не стали делать это. А до ближайших фермерских угодий несколько миль.

— Извините, — говорит она, — я просто не понимаю, в голове не укладывается, как он умудрился…

— Не беспокойтесь, — успокаивает ее ветеринар. — В любом случае теперь его состояние стабильное. Этой ночью мы за ним присмотрим. Если что-нибудь случится, мы с вами свяжемся, ну а пока остается только ждать.

Возвращаясь в машине без собаки, Сара чувствует внутреннюю опустошенность. Она не перестает прокручивать в голове утреннюю прогулку. Что делал Бэйзил, пока Тесс сновала вокруг хижины? Он жался у задней двери или нет? Может, что-нибудь вытащил из мусорки? Может, нашел кролика или крысу, которые до этого отравились чем-нибудь? Он выглядел виноватым, не так ли? Только тогда она не придала этому значения. Он казался замерзшим, мокрым и набегавшимся.

И, что бы там ни случилось, утром с ним было все в порядке. Если бы он что-нибудь съел прошлой ночью, симптомы проявились бы сегодня поутру, верно?

Дома Тесс радуется ее приходу, но ведет себя сдержанно, продолжает сидеть на своей подстилке, вполсилы виляя хвостом.

— Знаю, девочка, — говорит Сара, почесывая ее за ушами. — Бэйзил — глупенький мальчик. Ты-то слишком умна, чтобы есть всякую гадость, ведь так?

Кухня кажется нехарактерно чистой. На столе лежит написанная от руки записка, почерк незнакомый, но М. не может быть никем, кроме Мойры. Она подумывает о том, чтобы перейти дорогу и проведать Баттонов, однако у тех, должно быть, полно дел; не хочется отвлекать их от подготовки к завтрашнему путешествию.

Сара почти ждала, что Эйден будет встречать ее дома, но он, похоже, вернулся к себе в коттедж. Она решает сходить и проведать его на минутку. Он ведь обещал ей чашку кофе, верно?

Уставшая, Сара опускается за кухонный стол, на всякий случай проверяет телефон, однако там ничего. Роняет мобильный на столешницу и переводит взгляд на Тесс, которая прыгает на ноги и не мигая смотрит на открытую дверь гостиной. За дверным проемом Сара различает только темные очертания комнаты, мрак от все еще задернутых штор.