Читаем Бродяги Севера полностью

Никогда еще Сломанный Зуб не находился между двумя такими смертельными и непримиримыми врагами, какими были эти два его преследователя. На суше Казан был мастером своего дела благодаря своей быстроте, собачьему чутью и умению изловчаться. Но зато в воде выдра представляла, еще большую угрозу. Там она была еще быстрее, чем рыба, которой она питалась. Ее зубы были как стальные иголки. Она была такая гладкая и такая увертливая, что бобры едва ли сумели бы вцепиться в нее своими похожими на долота зубами, даже если бы ее поймали. Как и бобры, выдра не испытывала жажды крови. И все-таки на всем севере не было более пламенного истребителя их породы, чем она, даже еще большего, чем человек. Она являлась и уходила как чума, и самый большой вред приносила в самую холодную пору зимы. В такие дни она не трогала бобров в их уютных жилищах. Она делала то, что люди исполняют теперь динамитом, а именно – приводила в негодность их плотины. Она прорывала в них дыры, вода моментально понижалась, лед проваливался, и жилища бобров высовывались из воды наружу. Вследствие этого, бобры начинали погибать массами от голода и стужи. Благодаря отсутствию воды вокруг их жилища, накопляющимся хаотическим количествам сломавшегося льда и температуре, которая опускается на сорок и пятьдесят градусов ниже нуля, они умирают через два-три часа, потому что бобр, несмотря на свою теплую шубу, более чувствителен к холоду, чем даже человек. В течение всей зимы окружающая его жилище вода представляет собою то же, что и печь для жилища человека.

Но теперь было лето, и Сломанный Зуб и вся его колония не очень-то испугались прибытия выдры. Конечно, им во что-нибудь обойдется починка плотины, но на дворе стояло еще тепло и запас пищи был еще значителен. Целых два дня выдра производила исследования вокруг плотины и измеряла глубину воды в запруде. Казан принял было ее за бобра и тщетно старался придушить ее. Она тоже, со своей стороны, отнеслась к Казану подозрительно и приняла против него меры предосторожности. Ни тот, ни другая даже и не предполагали, что имеют друг в друге союзников. А тем временем бобры стали продолжать свои работы уже с большей осторожностью. Вода в запруде поднялась теперь уже настолько, что инженеры приступили к постройке трех жилищ. На третий день в выдре заработал ее инстинкт разрушения. Она принялась за обследование плотины у самого ее основания. Найдя в ней наиболее слабое местечко, она с помощью своих острых зубов и маленькой, похожей на пулю головы принялась за свои сверлильные операции. Дюйм за дюймом она проникала в плотину, прокладывая сквозь нее туннель и перегрызая ветки, и внедрялась в нее сама. Круглый ход, который она прокладывала, был в семь дюймов в диаметре. За шесть часов работы она проникла в глубь плотины на целых пять футов.