Через некоторое время добродушный мужчина поднял клетки со щенками и понес их через станцию. Нельсон испытал некоторую тревогу, впервые увидев поезда. Неужели это животные? Или дома? От них исходило столько ароматов!

Приятный человек поставил клетку с Нельсоном и его сестричкой в вагон поезда и вновь погладил их головки. А потом куда-то исчез. Дверь вагона резко захлопнулась, и щенки остались почти в абсолютной темноте. Нельсон улавливал запах других животных в вагоне. Ему показалось, что здесь были другие собачки, и возможно, кролики и цыплята. Но запаха других своих братьев и сестер нигде поблизости он не уловил. Он молча лежал со своей сестричкой, им было очень страшно и хотелось есть.

Поезд неожиданно дернулся и поехал, и Нельсон с сестренкой забился в угол своей клетки. Они начали лаять. Нельсон почувствовал, что другим животным в вагоне тоже страшно. Цыплята громко запищали. Но когда поезд набрал скорость, его плавный ход успокоил животных. Когда страх Нельсона прошел и он почувствовал, что его сестренка тоже успокоилась, он позволил себе насладиться новыми запахами, доносившимися снаружи. Городские запахи снова сменились проселочными ароматами, и Нельсон с огромным удовольствием вдохнул аромат зеленых пастбищ и лесов. Определять запахи, находясь в поезде, было довольно необычно. Какие-то ароматы никуда не исчезали, порой к ним врывались еще и новые, а некоторые быстро исчезали. Нельсон пытался уловить их, особенно самые интересные, но они моментально улетучивались. Это только раздразнило интерес песика.

Путешествие Нельсона и его сестры было недолгим. Примерно через час поезд медленно сбросил скорость. Городской шум и запах возвратились, и Нельсон почуял воду, много воды.

Когда поезд наконец остановился, дверь вагона отворилась и Нельсон вдохнул воздух станции Бостона.

Глава 3

За двадцать лет Эмиль Холмс, владелец зоомагазина на южной окраине Бостона, завоевал репутацию торговца исключительно породистыми щенками. Люди, занимающиеся разведением собак, обязаны были предоставить бумаги из Американского кинологического союза, подтверждающие родословную их собак, и копии этих документов предъявлялись покупателям, чтобы оправдать подчас высокую цену, которую Эмиль назначал за своих щенков.

Эмиль никогда всерьез не мечтал стать владельцем зоомагазина, просто отец умер, когда парню было двадцать три года, и оставил ему этот магазин. Эмиль не видел своего отца с пяти лет, поэтому удивился, получив в наследство это небольшое имущество. Все, что он помнил о своем отце, — лишь пьяные вопли и звон битой посуды на кухне, пока маленький Эмиль дрожал в своей кроватке. Отец никогда не поднимал руку на мальчика, а вот его маме перепадало. В конечном итоге она набралась смелости и ушла от своего драчливого мужа, но Эмиль часто вспоминал отца.

Эмиль умел хорошо считать и после окончания школы занялся продажей подержанного музыкального оборудования. Некоторое время его дела шли неплохо, он женился на своей школьной подруге Эвелине, когда ему еще не исполнилось двадцати одного года. Но, как и большинство начинающих бизнесменов, в конце концов он прогорел, а вскоре и Эвелина ушла, разбив ему сердце. Некоторое время Эмиль перебивался, меняя одну работу на другую и залечивая раны своих потерь. Поначалу новость о наследстве отца показалась ему дурным знаком. Но скоро он понял, что покупать и перепродавать щенков может быть прибыльным делом. Он отнесся к зоомагазину как к новому бизнесу и надеялся, что его вторая попытка завести свое дело окажется по-настоящему успешной. Ведь в таком случае у него появятся новая жена и семья. Все внимание Эмиль уделял своему второму бизнесу. Через несколько лет он умел с большой точностью определять ценность помета, основываясь на породе, а также на сведениях о человеке, который разводит собак. Некоторые владельцы обеспечивали его превосходными щенками, а люди, купившие их, были так довольны, что рассказывали своим знакомым о маленьком зоомагазине Эмиля. Постепенно Эмиль повышал цены, и вскоре продажа собак начала приносить огромную прибыль.

Тем не менее он ненавидел большую часть обязанностей, требуемых для содержания магазина. Он не особо любил собак, а еще он устал от их запаха, которым насквозь была пропитана его жизнь. Иногда ночью в своей квартире ему чудился запах собачьих испражнений, хотя и понимал, что это невозможно. А днем он действительно жил с запахом этих испражнений и знал, что будет жить с ним всю оставшуюся жизнь или до тех пор, пока будет владеть этим бизнесом. Шли годы, а у него так и не было ни одного серьезного романа, и именно собачий запах Эмиль винил в том, что не пользуется вниманием у женщин. Деньги, которые он зарабатывал, помогали ему отвлечься от этих негативных мыслей о работе, но если бы не деньги, он ни за что не стал бы иметь дело со щенками. Изо дня в день он наблюдал, как люди ласкают его щенков, и не понимал этого. Ведь собака это животное, не более. «Господи, да китайцы даже едят их, как цыплят», — порой думал он.