Читаем Бродяга полностью

Через три недели после операции Нельсон самостоятельно поднялся на ноги. Его большой пушистый хвост был немного наклонен в сторону, и, балансируя хвостом, пес удерживал тело в вертикальном положении. Дугл и Хуан обрадовались, и их позитив передался Нельсону. Он стоял и какое-то время прислушивался к новому ощущению своего тела. В том месте, где когда-то была лапка, он до сих пор ощущал тупую боль, но его сердце затрепетало.

Он часто падал на пол, но вскоре чувствовал себя вполне комфортно, когда стоял в этой новой позе. Его тело слегка наклонялось в одну сторону, а хвост в другую. Прошло еще две недели, прежде чем он сделал маленькие неуклюжие шаги. Сначала это походило на беспорядочные подпрыгивания, но через несколько дней Нельсон быстро пошел на поправку. Дугл, Хуан и Сюзи были в восторге от успехов пса. И вот он почти свободно передвигался на трех лапах, то и дело виляя хвостом для поддержания равновесия. Его хвост стал для него четвертой лапой: передние лапы двигались нормально, пес опирался на одну заднюю лапку, а большой пушистый хвост, постоянно двигаясь в воздухе, помогал ему сохранять равновесие. Нельсон ни разу не вспомнил о ветеринаре, который убедил Эмиля сохранить псу хвост много лет назад. В самом деле передвигаться без хвоста ему было бы намного сложнее.

У Нельсона появилось огромное желание научиться нормально двигаться. Каждое утро, проснувшись, он поднимался и внимательно наблюдал из клетки, когда у санитаров появится желание поиграть с ним, когда его выведут на прогулку и он сможет поупражняться в своей новой технике ходьбы. Хуан и Сюзи старались выводить собачку на небольшие прогулки по нескольку раз на день. Нельсон со своим командным хвостом, тремя лапами и красивыми большими глазами был неподражаем. Его походка казалась неуклюжей и грациозной одновременно. Иногда он падал и чувствовал себя неловко. Он притягивал к себе взгляды окружающих, некоторые смотрели на него с изумлением, а другие с насмешкой. Но как же приятно было снова вдохнуть аромат травы на газоне и уловить запах сосен и гор вдали, а в каждом дуновении ветра он искал запах Люси.

Хуан и Сюзи были кузенами. Они не раз обсуждали между собой, где им найти дом для трехногой собачки, и опрашивали своих знакомых. Они хотели бы забрать Нельсона к себе домой, но понимали, что это невозможно. Хуан жил в однокомнатной квартире с женой и двумя маленькими детьми. Сюзи тоже жила в маленькой квартирке с бабушкой. Ухаживать за собакой в таких условиях почти невозможно.

Они просили некоторых своих родственников забрать собаку, но те только смеялись, когда слышали, что у пса только три лапы. Зачем нужен трехногий пес? Как он догонит грабителей? Хуан рассердился на своего вечно кривляющегося дядю, когда тот показал походку трехногой собаки, а все родственники покатились со смеху. Казалось, что только Дугл, Хуан и Сюзи рассмотрели красоту Нельсона. Они знали, что их теплые чувства к этому псу объяснялись не только тем, что они вылечили его и научили ходить. Каким-то образом он поднимал им настроение.

Тело Нельсона тоже теперь работало по-другому. Ему пришлось научиться писать, как суки, приседая, он не мог теперь метить территорию, поднимая ногу, как это делал раньше. Сначала ему неудобно было мочиться, несколько раз он чувствовал теплую жидкость на своих ногах. Но вскоре он перестал обращать на это внимание.

Ночью его сны были тревожными. Ему постоянно снилось, что Люси и Кэти находятся в опасности. Ему нужно было спасать их от койота, от Дона, от людей с ружьями на мусорных свалках. Иногда ему удавалось спасти их, иногда нет. В своих снах он вел себя естественно, как будто у него были все лапки. Он был быстрым и сильным, и враги не могли его одолеть. Но постоянная тревога о Люси и Кэти не покидала его даже днем. Она засела в его подсознании и временами заставляла чувствовать себя беспомощным и беспокойным. Дугл наблюдал за спящей собачкой, видел, как она учащенно дышит, и удивлялся, что же с ней произошло. Врач догадывался, что жизнь у пса была непростой.

Через три месяца стало очевидно, что молодой пес выздоровел, насколько это возможно в его положении. Он мог свободно передвигаться, пусть не так быстро, как когда-то, но потеря конечности не делала его недееспособным. Нельсон привык к жизни в ветлечебнице — к ежедневному кормлению и прогулкам. И хотя он не воспринимал Дугла, Хуана и Сюзи как свою семью, потому что мыслями был с Кэти, Люси и Тэтчером, он их любил, и они, конечно же, стали частью его жизни.

Дугл не заводил разговора с Хуаном и Сюзи о том, что следует предпринять. Он знал, что только ему решать, когда Нельсон покинет его маленькую клинику для животных. Некоторое время он избегал этого вопроса, успокаивая себя, что Нельсон еще не до конца поправился. Часто Хуан и Сюзи говорили о других животных, что они уже выздоровели и могут покинуть лечебницу, но о Нельсоне они такого никогда не говорили. Они не хотели, чтобы пес уходил.