Читаем Бродяга полностью

Если на него и накатывало одиночество, то лишь в те минуты, когда нескончаемо долгая поездка становилась утомительной. Территория Соединенных Штатов в основном равнинная, и одна местность была похожа на многие другие, и ему везде встречались одни и те же сети магазинов, супермаркетов и закусочных. Когда дорога простиралась в бесконечность, на Тэтчера находила тоска. Но он не знал сильных переживаний в жизни, поскольку не был человеком, склонным к крайностям, за исключением моментов, когда он был слишком пьян и не рассуждал трезво.

Грустно ему становилось, когда поездка подходила к концу и он подъезжал к своему маленькому дому в округе Салливан на севере штата Нью-Йорк. Это была красивая местность, но Тэтчер большую часть времени проводил сидя дома. Он так и не поменял мрачную старомодную мебель и портьеры, которые и его родители не меняли многие годы перед своей смертью. Тэтчер лежал на кровати и смотрел телевизор, пил пиво и доставал из холодильника и разогревал замороженные обеды из супермаркета. Он смотрел на стены и каждый раз говорил себе, что надо купить по дороге новые картины, но так этого и не делал. Он говорил себе, что надо отремонтировать протекающий кран или купить новые яркие портьеры, но все это откладывалось на потом и никогда не выполнялось. Снова отправляясь в путь, он чувствовал огромное облегчение, и в дороге гул двигателя его фургона и быстро мелькающие за окном пейзажи ознаменовывали новый день, сглаживая пробивающееся в его жизнь одиночество.

Тэтчер был привлекательным мужчиной тридцати восьми лет. Дорожная еда сделала его круглощеким, но крупное телосложение неплохо скрывало его живот. Он завязывал свои светло-каштановые волосы в конский хвост, а козлиная бородка придавала особое очарование дружелюбному лицу с проницательными голубыми глазами. Несколько раз во время своих первых поездок он встречал женщин, в которых сильно влюблялся. Но потом понял, что практически невозможно поддерживать полноценные отношения с кем-то, если путешествуешь так много. Его юношеская любовь (девушку звали Айви) длилась около восьми месяцев, но фактически он провел рядом с ней всего лишь шестнадцать дней, и хотя она тоже была безумно влюблена в Тэтчера, вскоре предпочла уйти к другому молодому человеку, который жил и работал в ее родном городе в Висконсине.

С другими объектами любви у Тэтчера сложились длительные отношения. В его маленькой телефонной книге было десять или пятнадцать номеров женщин, которым он мог позвонить, когда был в их городе. Они вместе ужинали цыпленком, ребрышками или другими блюдами местной кухни, а затем занимались сексом в доме этой женщины или в мотеле, но чаще в кабине фургона Тэтчера. Непонятно почему, но женщинам нравился секс там наверху. Это их возбуждало. Тэтчеру это тоже нравилось. Когда он иногда спал в их домах, ему всегда было трудно вставать с теплой постели в теплом доме поздно ночью, особенно если на улице было холодно.

Тэтчер говорил, что когда-нибудь осядет, но шли годы, и он понимал, что это маловероятно. Он будет работать до шестидесяти пяти лет, а ничего другого, кроме как водить фургон, он не умел, а значит, ни одна женщина не выйдет за него замуж, ведь большую часть жизни он будет проводить за рулем вдали от дома. Поэтому он довольствовался четырьмя-пятью ночными связями в месяц в его кабине и одной ночевкой у кого-то в постели.

Нельсон проснулся под песни Тэтчера в то летнее утро, когда его быстро увозили далеко от Олбани и Кэти. Ликуя от запаха травы, врывающегося с улицы в кабину, он обнюхал маленькую зону для сна, где провел предыдущую ночь. Сам диванчик пах старой потертой кожей, а одеяла не стирались уже давно. Повсюду был запах Тэтчера. А еще из коробки кубинских сигар, лежавшей под диваном, доносился аромат свежих сигарет и слышался легкий запах окурков, которым прожгли одеяло и кожаную обивку.

Пес понюхал остатки вчерашнего гамбургера, шоколадное печенье, чипсы «Прингле» и сухие завтраки из орехов и сухофруктов. Запах свежего белья, которое Тэтчер постирал в прачечной пару дней назад, напомнил песику о доме. Ему захотелось остаться с Тэтчером, словно это каким-то образом вернуло бы его к Кэти. Рядом было припрятано несколько флаконов дешевого одеколона, две пачки мыла и флакон шампуня. Все эти запахи ассоциировались с домом и подействовали успокаивающе на маленького песика.

Прямо перед ним Тэтчер барабанил по рулю и подпевал кантри-исполнителям по радио. Нельсон улавливал в воздухе приятный запах радости. Он запрыгнул на переднее сиденье возле Тэтчера. Мужчина задорно взглянул на маленькую собачку и погладил его одной рукой, не отпуская руля. Нельсон лизнул ему пальцы и завилял хвостиком, заглянув в глаза Тэтчеру.

Пейзажи за кабиной фургона быстро сменялись. Тэтчер ехал быстро, и запахи новых деревьев и растений щекотали ноздри Нельсона. После зловонного смога и мусора, к которым он уже привык за последний месяц, Нельсон чувствовал, будто все его внутренности вычистили и освежили. Страх прошлых ночей улетучился, и молодой пес снова ожил.