– Это частная компания, – заметив свободную скамейку, он увлек девушку за собой. – О, как раз для нас… Садись. Я тебя обниму, и мы пошепчемся, не привлекая внимания.

Варя улыбнулась и, решив не возражать, продолжила

– Лёш, а у нас нельзя написать все эти программы?

– Если не слышала, – грустно улыбнулся IT-шник, – премьер выступил с заявлением по ящику, мол он уже распорядился насчет этого.

– И?

– Ему не сказали, что сначала нужно создать свой Майкрософт.

– Так все плохо? – не выдержала Варя.

– Ну, не все. Весной проскочило сообщение, что в Зеленограде запустили линию по изготовлению микросхем. Появился наш микропроцессор «Байкал». Правда, никто не пояснил, что технология 40-нанометров относится к двадцатилетней давности. Например, AMD переходит на 17-нанометровую технологию производства микропроцессоров, Intel перешел на технологию 10-нанометров, IBM выпустил транзистор на 9-нанометровой технологии. До этого мы не доросли, зато есть «Роснано».

Житель Благодатки засуетился, услышав сигнал о получении очередного сообщения от Samsung.

– Похоже, он в самом Макдональдсе сидит, – догадалась любительница истории.

– Мудро, – согласился парень, – там его не тронут.

– Слушай, а вот и хозяин Samsung подсел. Сразу к делу.

– Такое впечатление, – шепнул IT-шник, – что они уже за ним наблюдали… Что-то у парня с голосом… Слова какие-то бормочет… Шумно там…

– Они его ввели в транс и сканируют, – догадалась девушка. – Хорошо, что он нас не видел. Погоди!

Она сделала жест рукой, чтобы собеседник не мешал. Было заметно, как Варя напряжена. Не прошло и минуты, как она сдернула наушник у Алексея.

– Это сильная мантра на подчинение. Сейчас ему память почистят… Можешь незаметно убрать своего жучка с того Samsung.

– Легко… – IT-шник отыскал что-то на своем коммуникаторе и щелчком отправил сообщение. – Только я вообще все пути убил вместе с файлами на почтовиках. На всякий случай… Что один придумал, другой завсегда найти сможет.

Пока самоучка из Благодатки разбирал свой коммуникатор и менял SIM-карты, девушка оставалась в напряженной позе, прикрыв глаза. Казалось, весь мир перестал существовать для нее.

– Эй, ты в порядке? – заволновался парень и слегка встряхнул худышку за плечико. – Варь…

– Хорошо, что нас не было рядом, – прошептала девушка, откинувшись на спинку скамейки. – Там серьезный мужик. Вычислил бы на раз.

– Кто?

– Лайтер, и сильный. Он на того парня так навалился, что мне здесь прикрыться пришлось.

– Что за зверь такой? – попробовал пошутить парень, но умолк, почувствовав тревогу.

– Погоди. Троих чувствую, но может кто-то послабее еще есть… Мне нужно открыться, чтобы оглядеться… Если я вырублюсь, хватай мой гребень и беги куда глаза глядят.

Девушка больше не обращала на собеседника внимания. Чуть выставив худенькие руки вперед, стала медленно разводить их открытыми ладонями наружу. Мимо их скамейки проходили парочки, не обращая особого внимания на то, как девушка, очевидно, рассказывала парню о чем-то, и показывала руками, как все было. Вдруг она резко сложила ладони вместе и, оперев на свои коленки, стала медленно, словно с большим усилием, открывать их, оставляя прижатыми только мизинцы. При этом она еще и произносила какие-то странные слова, но этого уже никто не видел и не слышал. Двое, сидевшие на скамейке, просто исчезли для окружающих. Словно их вообще не существовало.

Время обтекало невзрачную пару на скамейке в сквере напротив Макдональдс, словно ручеек в апрельском лесу. Прозрачный и прохладный, он плавно скользил между пеньков, прошлогодней листвы и еще не набравшей силу травы. Если бы кто и попробовал приглядеться к этому ручейку, ничего особенного не смог бы заметить. Таких ручьев в лесу по весне много. Снег, как и положено, тает, впитывая энергию, от набирающего силу солнышка, превращаясь в хрустально чистую, несущую жизнь, воду. Смотри – не смотри, ничего кроме листвы на дне, разве, что камешек или два.

– Эй, соня! – Варя тихонько толкнула своего кавалера в бок. – На тебя так эскимо подействовало? В следующий раз мне отдашь. Маленьким по три порции нельзя.

– Да не сплю я, – встрепенулся парень, но так сладко зевнул, что у него даже щелкнуло где-то за ушами, отчего пришлось зажмуриться и встряхнуть головой. – До утра просидел за компьютером старшего брата.

Он огляделся. Ночь раскинула свой таинственный плащ над городом. Прохожих в сквере стало меньше. Вечерняя суета и шум стихли. Разве что, поток машин на Тверской никак не хотел уступать надвигающейся ночи, зато два асфальтовых рукава Бульварного кольца, охватывающие сквер по бокам, согласились вздремнуть.

– Пойдем, что-то прохладно стало, – еще раз подтолкнула приезжего Варя. – И никаких эскимо на сегодня.

– Ладно тебе, – он озирался по сторонам. – Это все Москва… Матушка говорила мне, не зевай.

– Просто погода сегодня такая, – призналась худышка, – к дождю…

– Это у нас с тобой такое первое свидание?

– Нет, это такое первое задание, – улыбнулась девушка.

Они рассмеялись и быстрым шагом отправились к переходу на «Пушкинскую».

Глава XI

Москва. Каланчевская