Читаем Брюс Ли. Путь воина полностью

Многое из того, что Брэндон узнает из восточной культуры, придет сначала от меня, а я буду знать это из кунг-фу, в котором влияние дзэн очень сильно. Дзэн почерпнул многие концепции из китайской веры в равновесие: инь — женственное и мягкое, ян — мужественное и твердое. Приняв эту идею, нужно добавить другую: ничто не может быть чистое инь или чис-

тое ян. Мягкость скрывает твердость; твердость должна видоизмениться через мягкость. Ни одна женщина не должна следовать за мужчиной пассивно. Она должна знать, кто существует активный путь следования. Она должна иметь то, что западные люди называют «хребет». По той же самой причине ни один мужчина не должен быть абсолютно твердым; его решительность должно смягчать сострадание.

Как только Брэндон научится понимать инь и ян, он узнает, что крайности ничего не гарантируют. Например, эти прически, которые многие мальчики носят сегодня, на самом деле не прически, а маски. Мода не может длиться долго, потому что это крайность, и скоро от нее устают и последователь, и сторонний наблюдатель. Возможно, наблюдатель устанет быстрее, однако в любом случае всех ожидает огромная скука. Только трезвая умеренность никогда не прекратит своего существования. Только середина всего сохраняется, потому что у маятника должно быть равновесие, а середина — это и есть равновесие.

Есть еще одна частица китайской философии, которая имеет отношение к проблемам, присущим всему человечеству. Мы говорим; «Дуб могуч, и все же его сломает могучий ветер, потому что дуб противостоит стихиям. Бамбук склоняется на ветру и, склоняясь, выживает». Мы продолжаем эту идею, говоря: «Будь гибким. Живой человек мягок и гибок. Мертвое тело становится жестким». Гибкость — это жизнь; жесткость — смерть, идет ли речь о наших предрассудках или действиях.

Далее, не нужно пытаться гиперанализиро-вать свою жизнь и оценивать ее. Стоять в

стороне и стараться заглянуть внутрь бесполезно; что бы там ни оказалось, оно уйдет. Это относится также к такому туманному понятию, как «счастье». Пытаться определить его — все равно что зажечь свет, чтобы разглядывать темноту. Вы начинаете анализировать его, а оно уже ушло.

В дзэн есть притча о человеке, который сказал:

— Учитель, я должен добиться освобождения.

Учитель спросил:

— Кто же тебя связывает?

Ученик ответил:

— Я не знаю. Возможно, я сам.

Тогда учитель сказал:

— В таком случае, почему ты ищешь освобождения у меня? Летом мы потеем, зимой дрожим от холода.

Ученик подумал:

— Он говорит о секретном месте, где только одна проблема — смена времен года.

Я расскажу Брэндону, что каждый связывает сам себя. Эти узы — невежество, лень, поглощенность самим собой и страх. Он должен освободить сам себя, одновременно принимая тот факт, что мы — часть этого мира, так что «летом мы потеем, а зимой дрожим от холода».