Читаем Бритва Дарвина полностью

Дарвин вздохнул. Сид натянула одеяло на голову и вздохнула еще печальней.

– Где вы? – спросил Дар.

Если далеко, то пусть и не надеются, что он поедет.

– В Сан-Диего, в зоопарке, – ответил голос Лоуренса, видимо, он отобрал трубку у супруги.

– В зоопарке?

Сидни удивленно подняла голову и беззвучно повторила: «В зоопарке?»

– В зоопарке, – подтвердил Лоуренс. – Слушай, ты никогда себе не простишь, если не увидишь это собственными глазами!

Дарвин снова вздохнул.

– Давай приезжай побыстрей, – продолжал Ларри. – Пожелай Сидни доброго утра от меня и захвати ее тоже.

И отключился.

Дарвин посмотрел на Сид. Она потянулась – Дар привычно залюбовался ее плечами – и сказала:

– Почему бы и нет? Мы ведь все равно уже проснулись.

– Но ведь сегодня воскресенье, – напомнил Дарвин. – А мы по традиции проводим воскресное утро… по-особому.

Сидни рассмеялась.

– По традиции! Всего один раз и провели, и уже традиция.

Он погладил ее по щеке.

– Я решил, что это будет нашей традицией. Давай примем душ вместе?

– Я слышала, что Лоуренс попросил приехать поскорее, – заметила Сид.

– Ладно, – согласился Дар. – Тогда я моюсь первым.

Они подъехали к «Бургер-авто» и взяли кофе с гамбургерами, чтобы перекусить по дороге. Кофе был горячим, и салфетки, обернутые вокруг стаканчиков, не спасали. Дарвин, отхлебывая напиток, постоянно перекладывал стакан из руки в руку. Сидни ждала, пока кофе остынет. Она боялась пролить хоть каплю на кожаные сиденья «Акуры», потому что знала, как взбеленится Дар по этому поводу.

– Ты уже решился?

– Решился на что?

– Сам знаешь. Ты сказал, что ответишь в воскресенье. Сегодня воскресенье.

Она отпила кофе, стараясь не расплескать его, когда машина сделала крутой поворот.

Дарвин вздохнул.

– Я не знаю…

– Ну, соглашайся, – попросила Сидни. – Ты же видел показания Далласа Трейса, Констанцы и выжившего русского…

– Которого ты спасла, наложив жгут из пояса, – мечтательно промолвил Дарвин.

– Именно. Ты же читал их признания. Эта организация, «Альянс», оказалась больше, чем мы думали. Мы собираемся приняться за этих паразитов в Нью-Йорке… а потом и в Майами.

– Я вам не нужен, – сказал Дарвин.

У входа в зоопарк стояли полицейские машины. В окошко «Акуры» заглянул патрульный, отдал честь и махнул рукой, чтобы они проезжали.

– Да, ты нам не нужен, – согласилась Сидни. – Но это широкомасштабная совместная операция НБСП и ФБР, так что тебе будет чем заняться. Попробуй поработать у нас хотя бы с годик.

– Я ненавижу огнестрельное оружие, – сказал Дар, сворачивая на стоянку.

Он увидел там лоуренсовский «Исудзу Труппер», машину судебной медицинской экспертизы и пять полицейских автомобилей.

– А тебе и не придется его носить, – возразила Сид. – Будешь просто сидеть дома – неважно где, – анализировать и составлять компьютерные реконструкции, пока я буду работать в поле. А вечером я буду возвращаться домой, снимать с предплечья кобуру и вешать ее на стул. А перед ужином мы будем любить друг друга…

– Ты носишь кобуру не на предплечье, а на поясе, – заметил Дарвин.

– Черт возьми, Дар! Какой ты вредный!

Припарковавшись, они вышли из машины. Июльское утро было теплым и солнечным. Они пошли туда, где виднелась желтая лента, огораживающая место происшествия.

– Сид, – нежно сказал Дарвин, – почему ты не сказала, что я чуть не перепортил твоим ребятам все расследование?

Сидни допила кофе, бросила стаканчик в урну и посмотрела на Дарвина в упор.

– Ты имеешь в виду фотографии? И прослеживание телефонного номера русских? Пустяки, Дар. Фотография Констанцы, которую Лоуренс показывал рабочим на стройке, была сделана парнями из ФБР, когда они наблюдали за домом Далласа Трейса.

– Но почему ты мне об этом не сказала и…

Сидни взяла его за руку.

– Это не имеет значения, Дар, – мягко сказала она. – Эти доказательства будут приняты в суде только в том случае, если это реальные факты, а о том, что снимки сделаны нелегально, никто и не узнает. У ФБР в распоряжении имеется такое же оборудование, как и у тебя…

– Но я чуть не сорвал все к чертовой матери…

Сидни остановилась. Дарвин с удивлением увидел, что она улыбается.

– Давайте посмотрим с другой стороны, доктор Минор. Вам больше не придется давать показания в суде… просто вышлете Лоуренсу кое-какие видеореконструкции. А значит, к августу вы будете свободной пташкой и сможете присоединиться ко мне и моей команде.

– Провести август в Нью-Йорке… – задумчиво начал Дарвин и понял, что все-таки решил принять ее предложение.

Сид пожала ему руку. Они поднырнули под желтую ленту и направились к большому вольеру, где уже толпились полицейские.

Заплаканная заместитель директора зоопарка, с красным распухшим носом, пыталась объяснить, что произошло.

– Карл ухаживал за Эммой пятнадцать лет… даже больше пятнадцати лет, – булькала она, задыхаясь от соплей и рыданий. – Карл очень любил Эмму. Последние две недели он так волновался за нее. Понимаете, запор у слонов может привести к гибели…

– Эмма – это слон, – догадался капитан Фернандес.

– Ну конечно же, слон! – воскликнула заместитель директора сквозь слезы.