Читаем Бригадир полностью

– Договорились, – буркнул генерал и отключился. Процесс пошел. Через полчаса, если карта тузом ляжет, он узнает, откуда ноги растут. Если беглую шлюху действительно вычислил Сокол, то версия насчет упаковавших его в торбу ментов подтверждалась. В этом случае ранний визит к забившейся в нору Кате Вертолет не грозил никакими подлянками, напротив – Влад надеялся в течение ближайших часов получить точную и исчерпывающую информацию о мусорской гниде, которой он обязан тремя годами в зоне. Это был идеальный расклад, если бы не одно «но». Если вдруг выяснится, что Сокол при делах и действительно решил развести своего бригадира на десять тонн зелени – а это еще хуже, чем просто скры-сятничать – шустряка Сережу придется немедленно списать в утиль. Проще говоря – замочить. Делать этого Невский совсем не хотел. В глубине души он искренне желал, чтобы никакой связи между Соколом и лохом, вздумавшим открыть пасть на чужое, не было. Однако пробить номер, с которого поступил звонок, необходимо. Шансов, что помощь генерала окажется действенной и прямиком выведет на главного персонажа «сделки», было немного. Результат мог быть положительным лишь в случае, если звонили со стационарного аппарата, с известным адресом, или зарегистрованной на реального владельца мобилы. Если мобила была левая или звонок шел из уличного таксофона – результат будет нулевым. А так оно, скорее всего, и окажется. Ведь не такие они придурки, в конце концов, чтобы подставляться. Лох, который звонил, сам ведь сказал – знают, с кем дело имеют.

Охрана, как верные псы, ждала босса на лестничной площадке. Влад спустился, сел в лимузин. Пристально, как рентгеном просветил, глянул на Сокола, словно пытаясь прочесть на его лице – крыса тот или нет. Серега был спокоен. Только произнес лениво, посмотрев на наручные котлы:

– Ровно четыре. Зря ты стрелку перенес. Час с лишним куковать. Хули будем делать?

– Поехали в спортзал, – помолчав секунду, сказал Рэмбо. Уточнил: – В наш с Антохой зал. Хочу воздухом тамошним подышать. В Коми я его даже во сне слышал. Успеем обернуться. Это недалеко.

– Я знаю, где ваша качалка, – кивнул Сергей. – Я даже знаю, что специально для своих запасной ключ от входной двери в клуб висит на гвозде, за батареей. Интересно, как его туда забили? Гвоздь. До сих пор понять не могу. Батарея старая, ее лет тридцать никто не снимал. А иначе с молотком не подлезешь.

– И не поймешь, – сдержанно улыбнулся Невский. – Потому что гвоздь там уже был. Боря, тренер, его случайно обнаружил, когда подходящую шхеру для второго ключа искал.

– Значит, сами строители с перепоя и забили, прежде чем батарею навесить, – заключил Сокол. – А хули ты хочешь? В Германии такое было бы невозможно, а у нас – как за здрасти! Умом, бля, Россию не понять! – хмыкнул Сокол. Опустив перегородку, он назвал водителю адрес спортзала. Бритый, как бильярдный шар, водила связался по рации с головным джипом, передал команду и вслед за тронувшимся «Паджеро» плавно отъехал от тротуара. Влад закурил, снова посмотрел на Серегу и подумал: «Не может быть, чтобы крысой оказался Сокол. Не способен Серега на такой гамбит. Пацан правильный, не трус, не слабак, мыслит трезво, но тут ум поизощреннее нужен. И нервы – стальные канаты. Как у маньяка, режущего головы браткам Кассиуса. А ведь, бляха муха, любопытно было бы на рожу этого вурдалака взглянуть. И особенно – в глаза…»

До зала долетели быстро. На улице было безлюдно, почти все окна в окружающих домах не светились, лишь на ближайшем перекрестке моргал желтым глазом светофор. Кажется, это время суток называется часом совы. Между тремя и четырьмя часами. Когда все полуночники и алкаши уже угомонились, а ранние пташки еще не продрали глаза и не потянулись, сонно зевая, к чашке горячего кофе.