Читаем Бремя страстей полностью

Как только Раскольников убил старуху, он тут же переступил границу ада и жизни и стал жить в аду. Он говорит, что не старуху убил, а себя. Все теории его рассыпались в прах, а он оказался в аду. То есть он еще по земле ходил, а душа уже была в аду. Это как в фильме «Матрица»: люди ходят по земле, а души их неизвестно где пребывают. Что это такое? Человек живет в двух мирах. Тело ходит по земле, а душа у него уже находится в другом мире.

Раскольников жил в аду до тех пор, пока он не помог семье чиновника Мармеладова, раздавленного лошадью, не организовал похороны, не отдал все деньги, которые у него были, и не познакомился с Соней. То есть как только он начал отдавать и помогать кому-то, находящемуся рядом, он впервые за долгое время почувствовал, что жизнь к нему вернулась. У него наступил период небольшого духовного облегчения именно через сострадание и через отдачу.

Если спросить человека, хотел бы он получить в наследство большое богатство, тот ответит: «Да, конечно!» Каждый хотел бы получить богатство. Однако есть люди, которые насколько хотят, настолько и боятся денег. Например, житель Канады или Великобритании сорвал джек-пот и получил огромную сумму денег: 25 миллионов долларов с вычетами больших налогов. Чем не богатство? Есть интересная статистика, касающаяся жизни людей, внезапно ставших богатыми. Например, работал человек на заправке и вдруг выиграл джек-пот. Или работала женщина посудомойкой и тоже выиграла джек-пот. Через некоторое время (два-три года) люди, внезапно озолотившиеся, впадают, оказывается, нередко в состояние гораздо большей бедности, чем были до счастливого выигрыша.

Некогда был репортаж про бездомную женщину, которая нашла на свалке в свернутом виде огромную сумму долларов. Кто-то прятал, забыл и выкинул, а она нашла. Вы думаете, что ее жизнь улучшилась? Ничего подобного! Она как была нищей и бездомной, так и осталась. Она половину пропила, половину подарила... То есть человек не умеет распоряжаться деньгами.

Если человек не готов к богатству, то оно рождает в его жизни такие проблемы, о которых он и не знал: с бандитами, с семьей, со здоровьем. Он обрастает вещами, которыми не умеет толком пользоваться. Он начинает вести какой-то новый образ жизни, а в конце концов все заканчивается проблемами и еще большей бедностью. Деньги — это же не только благословение, это еще и проклятье. Огромная сумма денег, упавшая к вам в руки, может стать кошмаром!

Предположим, человек стал сказочно богат, получив большое наследство. Что он будет делать? Как Анджелина Джоли — или доктор Айболит—поедет в Африку кормить и лечить бедных детей? Да ничего подобного! Он будет кутить, прожигать деньги, обрастать друзьями — они же сразу появятся. И начнутся цыганские пляски, тройки, выезды за город по ночам. И барышни тучей его облепят, как комары в летний вечер. И начнется непонятно что — до тех пор, пока будут деньги или пока не родится метафизическая тоска. Периоды владения сказочным богатством сопряжены с периодами метафизической тоски.

В древности есть отличные примеры. Республиканский Рим был очень бодрым и жизнерадостным. Римляне в период достижения могущества спали на земле, укрываясь плащами, пили воду из ручья, грызли сухую корку, без страха умирали за родину и были очень дисциплинированы.

Если человек не готов к богатству, то оно рождает в его жизни такие проблемы, о которых он и не знал: с бандитами, с семьей, со здоровьем. Деньги - это же не только благословение, это еще и проклятье.

А Рим периода расцвета и упадка, императорский Рим, в который стекались уже все богатства мира, — это город, полный разврата, лени, жадности, хитрости и великой тоски. Великая поэзия Рима периода упадка — это лирическая поэзия, звуки величественной и трудно переносимой грусти. Людям грустно жить и грустно умирать. Люди не знают, зачем они живут и что будет дальше.

Этот случай произошел в XIX веке в Петербурге. Один юноша получил в наследство большое богатство и стал прожигать свою жизнь направо и налево. И на каком-то этапе он вдруг почувствовал, что жизнь потеряла для него всякий вкус. Ему все стало неинтересно. Настолько ему все это опротивело — женская любовь, предательская дружба, изобилие удовольствий, — что он решил покончить жизнь самоубийством.

Кстати, процент самоубийств в сытом обществе гораздо больше, чем процент самоубийств в обществе голодных. Это не апология голода, конечно, но это факт. Там, где жизнь хороша, люди с ней расстаются добровольно чаще на пике уныния, депрессии, бессмыслицы. Изобилие благ при отсутствии высших целей — кратчайший путь к самоубийству.