То, что пребывает в мысли, выполняется телом:

Человек создается мыслью; о чем он думает в одной жизни, тем он становится в другой.[85]

Все, что мы представляем из себя, есть последствие того, о чем мы думали: оно основано на наших мыслях, оно сделано нашими мыслями.[86]

Нашею деятельностью – нашим воздействием на других – мы вызываем равносильное обратное действие на самих себя. Счастье, изливаемое на других, означает счастье, обратно устремляющееся на нас: страдание, причиняемое другим, действует как равносильное страдание на нас.

Как бы сурово ни казалось это учение, оно проникнуто тою прекрасною суровостью природы, посредством которой Бог приводит наши воли в гармонию со Своей Волей. Благодаря той радости, которая следует за праведностью, благодаря страданию, которое сопровождает зло, мы научаемся приводить наши воли в созвучие с Волей, руководящей мирами. Человек может сеять то семя, которое захочет, но, посеяв его, он соберет жатву именно с этого семени, а не с другого. Благодаря этому он научается собирать доброе семя.

В таком мире, который управляется незыблемым законом, человек может подвигаться с уверенностью; добрые желания привлекут к нему хорошие предметы, добрые мысли построят для него хороший характер; добрые дела создадут хорошие внешние условия для его существования на земле. Таким путем тела его будут становиться все более совершенными орудиями Духа и приближаться все более к совершенству.

Закон жертвы

Жертва есть излияние жизни на пользу других, и этот закон раскрывающегося Духа есть та основа, на которой строятся и которая поддерживает миры. Все мировые религии в разнообразных символах признают жертву в основе божественного проявления. Индусы символизируют зарю божественного проявления «жертвенным конем»[87] и поют о верховном Духе (пуруша), жертвующем собой, чтобы вызвать к жизни миры;[88] христианин говорит об Агнце, «закланном от создания мира»;[89] последователи Зороастра говорят о времени, когда не существовало ни земли, ни неба, и Зервана путем жертвы вызвал проявление Ахура-Мазды (Ормузд), Творца.[90] Это излияние божественного Духа в целях создания вселенной кладет на творчество печать Жертвы и заставляет нас понимать, что для Духа жертва есть радостное выражение жизни, а не скорби, как это кажется для нашего телесного бытия.

Для духовного человека сказано следующее:

Быть носителем Его света, посланником Его сострадания, работником в Его царстве – вот жизнь, которую стоит прожить. Ускорить человеческую эволюцию, служить Благому Закону, приподнять тяжелую ношу мира – вот что составляет радость Самого Господа.

Как непосредственное излияние Жизни Бога, Дух является родником, питаемым из неистощимого источника, и чем более из него изливается, тем более и вливается в него. В материальных мирах связывает бесконечная цепь причин и последствий, причем каждое последствие становится новой причиной, и так продолжается без конца; воистину, «мир связан действием»,[91] и каждое совершенное действие является новыми путами. Но то действие, которое совершается как часть божественной Деятельности, когда делающий является лишь посредником, ничего не ища и ничего не желая для себя как для отдельного «я», такое действие, совершаемое как жертвоприношение – «вот, иду исполнить волю Твою, Боже»,[92] – не связывает, ибо здесь целое действует через свою часть, а не часть стремится для себя захватить от целого, ибо сказано, что действие не связывает, «если совершается как жертва».[93] В этом заключается путь к освобождению: материя связывает деятельностью, Дух освобождает жертвой; таким образом Дух торжествует над материей, Бессмертный Человек – над своими оболочками: человеческая воля сливается воедино с божественной Волей. «Ему мы покорны»,[94] и человек предоставляет тело свое в «жертву живую, святую, благоугодную Богу».[95]

Из индусских Священных Писаний