В его взгляде проявилось разочарование — вид пытки всегда действовал на него умиротворяюще, и сейчас порция такого успокоительного ему бы не помешала. Исидор уже не мог обходится без этого — запах крови и страха стал для него, как наркотик. Он мог часами сидеть в темном углу пыточной, наблюдая за работой палача. Чужие страдания и муки навевали на него чувство безмятежности. Это началось еще в далекой юности, когда он молоденьким монахом пришел в Трибунал. Место писца в допросной было вакантным, и Исидор, не раздумывая, занял его. Целыми днями он записывал показания, добытые огнем, дыбой и клещами. Эта должность была свободной по одной простой причине — мало кто долго выдерживал вопли истязуемых и вид искалеченной человеческой плоти в сыром подвале, провонявшем кровью и мочой. Монахи старались сбежать оттуда при любой возможности, а вот Исидору понравилось. Его завораживало само наблюдение. Ни разу ему не захотелось самому взять нож или клещи — его восхищало зрелище, оно приносило покой и восторженную эйфорию.

Исидор переборол болезненное желание отдать парня палачу и произнес еле слышно:

— Поедешь с нами, покажешь все на месте.

Глава 20

Отряд всадников ворвался в сожженную деревню ближе к полудню, и двор трактира сразу же наполнился криками и ржанием лошадей. Акси прильнул к щели в дощатой стене своей каморки. В сожженном доме напротив метались серые орденские сутаны и характерные круглые шлемы стражей Трибунала. Его взгляд спокойно пересчитал незваных гостей. Десяток рыцарей ордена и около тридцати бойцов тайной службы церкви!

Оторвавшись от щели, он откинулся на спинку своего походного стула.

«Кажется, ты здорово влип, дружок! — Акциний имел привычку разговаривать с самим собой. — Надо было уходить еще вчера! Надо было вообще проходить мимо этого дома, как советовала тебе интуиция, а не жалеть теперь о содеянном!»

Он уже понял, что с таким трудом налаженной жизни пришел конец — Трибунал его уже не отпустит.

По лестнице загрохотали тяжелые сапоги, и дверь чуть не слетела с петель. С бешено выпученными глазами в каморку ворвался Мера:

— Акси, там солдаты выгоняют всех на улицу и шмонают по полной!

Наксос неспешно поднялся и, глянув еще раз в щель, посмотрел на мельтешащие внизу серые балахоны рыцарей.

— Не дергайся и не суетись. Мы ничего не видели, ничего не слышали — передай это всем.

Спокойный взгляд карих глаз оторвался от дырки в стене и повернулся к телохранителю.

— А теперь пойдем послушаем, чего они хотят.

Акциний вышел на крыльцо вслед за своим помощником и сразу понял, что одним обыском не обойдется. В сгоревшем доме уже слышался стук кирок и лопат, а из трактира серые капюшоны выносили и скидывали во двор все, что только можно было вынести. Всех слуг и шлюх согнали в угол к остаткам забора и усадили прямо на землю, а трое крепких ребят в форме слуг Трибунала взяли их под неусыпное наблюдение.

Прежде чем к ним подскочил стражник, Наксос нашел взглядом глаза Меры:

— Если меня заберут, ты знаешь что делать.

Старый товарищ ответил едва заметным кивком, и уже в следующую секунду страж Трибунала обрушился на них с криком:

— А вы что стоите, вам особое приглашение требуется? Марш к остальным!

Акциний молча пересек двор и присоединился к своим людям, где сквозь толпу к нему тут же протиснулся Клешня.

— Чего они ищут-то?

Акси с обычной невозмутимостью пожал плечами — кто его знает!

Обыск и раскопки продолжались уже достаточно долго, когда во дворе появился Исидор Феоклист. Выцепив взглядом Акциния, он жестом указал на него охране. Два мордоворота в круглых шлемах и кованых кирасах тут же кинулись к толпе и, вытащив оттуда Наксоса, подвели к прокуратору.

Исидор уже знал, что, несмотря на сверхтщательные поиски, ни в доме, ни в трактире ничего интересного не нашли. Теперь оставалось решить, кто из двоих лжет — Илларион или вот этот коренастый человек.

Взгляд прокуратора впился в лицо трактирщика:

— Ничего не хочешь мне рассказать?

Акси в лучших своих традициях принялся изображать идиота:

— Я бы с радостью рассказал представителю нашей Святой матери церкви все, что тот захочет услышать, но вы мне хоть намекните, что вас интересует?

Исидор зло поджал губы:

— В том доме, — он кивнул в сторону сгоревших стен, — недавно копали и явно что-то искали. Кто это был? Что искали? Может, это был ты или твои люди?

— Что вы, что вы, Ваше Преосвященство, зачем нам это! У нас и в трактире работы хватает, люди с ног валятся!

Наксос знал, что прокуратор блефует: он сам проверял — никаких следов Мера после себя не оставил. Изобразив напряженную работу мозга, Акси нарочито громко хлопнул себя по лбу:

— Точно! Позавчера, когда мы только сюда пришли, здесь было полно дикарей. Спросите кого-угодно — гавелины тут как саранча роились, даже конюшню нашу хотели сжечь! Может, они?