Читаем Братство полностью

— Это собака Беттины. Моей… подруги. Она на семинаре, и я присматриваю за псиной. Крёсус не любит оставаться одна. У нее начинается понос.

Кафу не особенно воодушевило это объяснение.

— Ты не любишь собак?

— Я мусульманка.

— Да-да. Может, тебя утешит, что это не свинья.

Кафа закрыла окно и открыла багажник. Фредрик стукнул по стеклу.

— Извини. Она должна сидеть впереди. Видишь, ее укачивает.

Звук разрываемых газет — и на столе опять образовалась гора бумаг. Письменный стол стройподрядчика Хеннинга Скауга был липким и грязным, что происходит, когда пыль, остатки моющего средства, скотча и бумажек с напоминаниями лежат слишком долго. Но посередине оставался чистый островок, где лежала кипа документов.

— Пришлось потрудиться, чтобы найти это. Но у меня хотя бы появился повод прибраться, — сказал Скауг, наливая кофе в бумажные стаканчики.

Бывший владелец акционерного общества «Монтажная компания Осло» уселся за письменный стол и показал на пакет со сливками.

— Вам добавить? К сожалению, я теперь пью кофе без сахара.

Хеннинг Скауг и его компания обанкротились спустя несколько лет после того, как построили подвал в Сульру. Теперь Скауг работал на крупного подрядчика в Фюрусете. Пролистав костлявыми пальцами пачку бумаг, Скауг положил рабочий чертеж поверх нее.

— Этот заказ я никогда не забуду.

Ничего необычного. Работа предстояла большая, и Скауг попросил аванс. Через два часа в его офисе появились три типа с чемоданом, битком набитым банкнотами. Девять миллионов двести сорок четыре тысячи крон в купюрах по тысяче и пятьсот крон. Чувствуя себя почти гангстером, Скауг бормотал себе под нос, пересчитывая вручную деньги.

— И когда я услышал о перестрелке в Маридалене, то в глубине души заподозрил, что это может быть как-то связано с Сульру…

Он запустил кончики пальцев в узкую полоску волос над ушами, напоминавшую потрепанный венок из белых цветков оливы.

— Почему? Почему вы связали это между собой? — спросила Кафа.

— Эти люди, они показались мне…

Скауг сжал губы, подыскивая нужное слово.

— Своеобразными.

Скауг кивнул, как будто подтверждая самому себе, что именно это он и имел в виду.

— Если бы кто-то другой заявился в мой офис с чемоданом денег, я бы сразу пошел в полицию. Но эти люди… Они выглядели такими невинными. Все время без умолку болтали о боге. Такие доверчивые и добрые. Во всяком случае, на первый взгляд.

Скауг слабо улыбнулся.

— Они подавали нам свежие булочки и лимонад на ланч. Парни были в восторге. А их девочки были такие милые. Босые, в летящих платьях. Будто в сказку попал.

Выражение лица Скауга стало задумчивым.

— В сказку в духе Бергмана[29].

— Но… — начала Кафа. — Это не объясняет, почему вы подумали об общине, когда услышали об убийствах.

— Сейчас дойду до этого. Вы интересуетесь кино?

Он посмотрел на Кафу.

— Нет. Ну, может быть, немного. А что?

— В фильмах Бергмана всегда есть двойное дно. Под маской идиллии всегда скрывается трагедия.

— Вы можете пояснить?

Скауг считал, что все было не так просто. Всякие мелочи, вроде старомодного языка пастора Альфсена, его способность кричать на членов общины и резко замолкать, если рабочие подходили к ним слишком быстро. Но больше всего Скаугу запомнились взгляды — любопытные взгляды жителей Сульру. Сначала он решил, что с ним флиртуют. Что имя божье на этом хуторе служит прикрытием для каких-то непристойностей, но потом стал догадываться… Изо дня в день Скауг наблюдал молодежь. Все они хранили какую-то тайну — глубокую, серьезную, важнее их самих, важнее всей общины, важнее… жизни. Божественную тайну. Спустя некоторое время он, наконец, понял, что в их глазах теплится огонек надежды. Безмолвной надежды. Что Скауг упадет на колени, попросит у Бога прощенья и станет частью общины, пока еще не поздно. Они смотрели на него так, как будто знали, чем все это кончится. И все закончилось плохо.

Скауг перевел взгляд со следователей на бумаги перед собой.

— Второе, что меня насторожил, о — сама работа. Вот инженерный чертеж, который я сделал на основе эскизов, предоставленных общиной.

Фредрик уже успел рассмотреть его. Он полностью соответствовал конструкции подземного помещения, каким он его запомнил.

Община утверждала, что ей нужен был склад, но его характеристики отвечали совершенно другим нуждам. Каменные стены должны быть толще, местами — толщиной до полуметра. Кроме того, особый акцент община делала на вентиляции и воздушных фильтрах. В итоге было решено сделать целых две системы вентиляции, независимые друг от друга. Общине нужны были мощные двойные электрические провода, канализационная система для туалетов и ванн, а двери… Да, двери были отдельной статьей. Их доставили из Швейцарии. Должно быть, они стоили целое состояние. Да. Полицейские же сами их видели. Сложная конструкция.

Фредрик наклонился вперед и сделал большой глоток кофе.

— И вы никогда не задавали вопросов? Про стены? Про двери?

— Задавали. Нам отвечали, что там будут храниться материалы, требующие тщательного температурного контроля.

Скауг поднял брови, давая понять, что спустя некоторое время нашел это объяснение неубедительным.