Но была и еще одна причина, не дававшая Фредрику покоя. Все, кто владел информацией, обнародованной каналом TV2, прекрасно знали, что полиция нашла в тайном подвале подземную лабораторию. Так почему тогда о подвале не упомянули ни единым словом? Возможно ли, что журналисты TV2 знали о подвале, но по какой-то причине не захотели о нем упоминать? Но журналисты терпеть не могут упускать новости. Они бы не стали приберегать эту новость на потом. Нет, в это объяснение он не верил. Тогда оставалась только одна причина. Причина, пугавшая его. Источник знал о лаборатории, но скрыл это от TV2. Так в чем была причина? Если только источнику не было известно о том, что происходило в лаборатории… Тогда получается, он знал больше полиции.

А в таких вопросах только двое знают больше, чем полиция. Жертвы и преступник.

Глава 20

— И их стало трое. Трое негритят. Или, по крайней мере…

Сюнне бросила на Андреаса испепеляющий взгляд, и тот замолчал. Он усмехнулся, ища поддержки у Фредрика, но тот отреагировал ледяным молчанием. И хотя Андреас и Фредрик не допускали мысли о том, что их слаженный тандем можно разрушить, ни один из них не позволил бы себе издевку над напарником.

Кафа сидела в боковой части красного дивана, подперев руками голову.

— Ну что ж. Как вы знаете… — начал Фредрик, пытаясь поймать ее взгляд, — …мы полностью погрузились в расследование этого дела, так как пропавшие Аннетте Ветре и ее сын оказались среди исчезнувших членов общины.

Фредрик повернулся и пристально посмотрел на Андреаса.

— Чтобы выяснить, сбежала ли община или их похитили, мы должны знать, что за жизнь у них была до того, как они исчезли. С этим нам поможет Кафа.

Сюнне взяла слово.

— Мы изучаем все: финансы, пользование телефонами, платными дорогами… Разыскиваем друзей и знакомых членов общины, врагов и товарищей. Расследование ведет полиция Осло. Если потребуется, можно запросить результаты экспертизы из Национальной службы уголовного розыска и СБП. Над делом работают более пятидесяти следователей. Как сказал Фредрик, будет логичным, если вы сосредоточитесь на Аннетте Ветре. Если мы найдем ее, то, скорее всего, найдем и остальную общину.

Обгрызенным ногтем она ткнула в одну из фотографий на столе: лаборатория в Сульру.

— Фредрик считает, что ответ на вопрос, почему на них напали, находится здесь. Зачем им нужна была лаборатория?

Андреас не мешкал с ответом.

— Наркота. Христиане — не христиане. Бьюсь об заклад, наркота.

Андреас строил свою версию, оперируя одним из самых распространенных инструментов полиции — опытом. Хоть раз они находили лабораторию, которую не использовали бы для производства незаконных веществ? Нет. Если все было так, как предполагал Андреас, это стало бы ответом и на другой вопрос. На какие средства жила община? Тридцать взрослых и детей на маленьком хуторе в лесу. Никто из них не работал. Никаких доходов. Недостаточно собирать только красную смородину и сливы. А такой лабораторией они могли полгорода обеспечить наркотиками.

На улице из-за облака показалось солнце, и жалюзи, работавшие от пульта дистанционного управления, вернулись на место, отбрасывая тень на лицо Андреаса.

— Та женщина, политик… — начал он.

— Кари Лисе Ветре.

— Точно, Ветре. Она сказала, что Альфсен стоял во главе секты, а не общины. Теперь я увидел, где он жил, где спал. Картины, которыми он украсил свою спальню. И знаете, что я думаю?

Андреас наклонился вперед и постучал указательным пальцем по столу.

— Я вижу старую свинью, окруженную молодыми мальчиками и девочками, которые холят ее. Может, он педик? Или любил трахать детишек?

Андреас остановил взгляд на Кафе, как будто хотел убедиться, что ее не трясет от его выражений.

— И потом, могли начать с малого. Производить наркоту для себя и своих сексуальных оргий и постепенно раскрутиться.

— Так… — прервала его Сюнне. — Почему на них напали?

— Они занимались бизнесом с нехорошими людьми. «Джамаат-и-Ислами» — не первая исламская организация, финансирующая свою деятельность при помощи наркоторговли. На нити между производителем и дистрибьютором завязался узел, старая вражда выплыла на поверхность, кто-то пришел в бешенство. Они опустошили весь склад и забили всех, кто пытался их остановить. Разве не ты говорила, что этот Камбрани, телохранитель, был осужден за наркоту?

Андреас направил указательный палец на Кафу.

Заблудившаяся в мрачных бетонных стенах здания полиции муха жужжала возле кофейного пятна на столе. Кафа поймала ее и сжала в кулак.

— «Джамаат-и-Ислами» управляют люди с криминальным послужным списком. Я бы не удивилась, если бы они оказались причастны к наркоторговле, — сказала она, помедлив.

У Кафы был такой сосредоточенный вид, будто она пыталась понять, трепыхается ли еще муха.

— Допустим, христианские фундаменалисты и исламская община объединяются для тайной наркоторговли, но между ними разгорается старый кровавый конфликт. Это немного… — уголки ее рта выпрямились, — …притянуто за уши.