Читаем Братик полностью

Бля, я вот просто зверею от подобной логики. Какая война, какое нахер совместное хорошее прошлое? Вспомнить, как убивали и насиловали русскоязычных в Душанбе всего тридцать лет назад? А теперь они этим благополучно занимаются уже в России. Или как у сотен тысяч наших людей одномоментно просто не стало работы, потому что баи умеют только торговать, жрать и воровать. Похеренная промышленность, невозможность найти работу и нормально учить своих детей, отсутствие хотя бы малейших перспектив. Когда вчерашний «братский» народ стал хозяином и видит тебя с твоим детьми в качестве обслуживающего персонала, а лучше просто рабами. Работает у нас в ГУПе инженер, выходец из тех мест, реально хороший мужик. Светлая голова у человека, но вынужден был уехать, потому что русский и слишком гордый. Не захотел быть обслугой при бае начальнике. Рассказывал о тамошних прелестях. Выдавливание русских и других нетитульных национальностей десятилетиями было государственной политикой. Люди собрали вещи и вернулись вроде как на Родину предков, где получили, мягко говоря, не самый тёплый приём. Но это полбеды, народ у нас и не в такой среде выживет. Дикость ситуации в том, что вся эта погань, развалив и просрав экономики своих уже независимых стран, дружной толпой двинула в Россию. Спрашивается с какого перепуга? Так нет, поговоришь с некоторыми персонажами или почитаешь их комментарии под тематическими статьями, оказывается, они нас чуть ли не всю жизнь кормили и наших детей во время войны приютили. Эта ложь меня особенно бесит. Тем более дико слышать её от образованного и думающего человека. У многих из наших граждан живо старое восприятие бывших советских республик как чего-то единого и братского. Русе вроде не шестьдесят лет, жил уже в другой реальности и должен смотреть на вещи под иным углом. Переубеждать людей, тем более взрослых часто просто бесполезно, но тема войны для меня особо острая.

— Ты рассуждаешь как жертва ЕГЭ или либераст, вещающий по методичкам Госдепа. Особенно дико слушать упоминание о войне.

— Переведи, — мой медведеобразный родственник явно обиделся.

— Никогда мы не были для них братьями. Нас всегда считали оккупантами и по идее они правы. Только наши правители, особенно сошедшие с ума на интернационализме большевики, пытались убедить всех в ином. Русские пришли туда как завоеватели и надо было вести себя именно так. Как англичане в Индии или подобным образом. Мы же построили им дороги, создали промышленность с наукой, избавили целые народы от болезней и что в ответ? Выдавливание русскоязычных, снос памятников, переименование улиц и вообще переписывание истории. Если их Ибрагим-бек[3], не басмач, а народный герой, то какого хера вы прётесь в страну бывшего оккупанта и врага. Вы получили независимость с отличной инфраструктурой, так живите и стройте свою собственную жизнь. Можно оккупанты будут жить по-своему, желательно без вашего присутствия?

— Это всё понятно. Прибалты и прочие грузины вели себя не лучше. Хохлы тоже в последние годы совсем с ума сошли. Но это общие слова. И чего ты там про войну начал говорить.

— Читал я как-то одного типа грамотного басурманина, который кидал претензии русским за войну, там ещё про георгиевскую ленточку было и много чего другого. Мол, мы среднеазиаты, приняли сотни тысяч ваших беженцев, спасли эвакуированных детей. А наши парни воевали и умирали за русских. То есть человек, весьма грамотный и наверняка получивший образование в Союзе, не считает страшную войну общей. Эвакуированные сироты — это не маленькие граждане нашей общей страны, а дети каких-то русских, которые им теперь обязаны. Ушлёпок почему-то не предъявляет претензии Израилю или Украине, так как очень большой процент эвакуированных состоял из евреев и украинцев. Нет, в должниках оказалась Россия. И это не просто частное мнение какого-то тюбетейкоголового профессора, а фактически государственная политика и отношения к войне в тамошнем обществе. Мы им должны за спасение наших детей? Не общих, а наших. А они умирали, за наши интересы. Почувствуй прелесть подобных рассуждений.

— Так всё равно помогали и приютили сотни тысяч. Сколько людей были спасены от смерти и голода, — не сдавался Руся.