Он продолжал ждать. Я попытался задать еще вопросы, но повернутый в мою сторону лазер заставил меня замолчать. Затем раздался топот ног, и моего стража окликнули. Он убрал один из лазеров в кобуру, а другой держал наготове.

Вошли трое. Они тащили трепыхающийся сверток, который грубо и без церемоний бросили на пол. Однажды в одном из портов я видел человека, напившегося лортдрипа, который вызывает безумие. Тогда его усмирили с помощью специальных полицейских ружей, которые связывают. Тот сверток был очень похож на тот, что принесли сейчас. Среди клейких веревок я разглядел черный мундир, известный всему космосу. Они сцапали патрульного.

Глава 13

У патрульного хватило ума прекратить сопротивление после того, как его бросили. Благодаря этому его путы не затянулись. К счастью, ни одна из веревок не стянула его лицо или горло. Но люди капитана были уверены, что их пленник не убежит, и поэтому ушли, оставив нас двоих на попечение низкорослого. Он осмотрел патрульного. При этом его лицо ничего не выражало. Затем он вернулся на стул.

Глаза патрульного были открыты, и он изучал свою тюрьму и ее обитателей. Он долго рассматривал меня. После изнурительного допроса я очень ослаб. Даже сон не смог прогнать усталость. Я не только ослаб, но впал в какую-то апатию, совсем не располагающую к действиям.

Я предвидел, что наш сторож в любой момент может направить свой лазер на меня. Но теперь я его не боялся.

Через некоторое время пришел один из членов экипажа и бросил в мою сторону еще один тюбик А-рациона. Несмотря на то, что при виде еды я почувствовал ужасный голод, мне потребовалось невероятное усилие воли, чтобы приподняться и протянуть руку. Некоторое время я держал тюбик в дрожащих пальцах прежде, чем собрался с силами выпить его содержимое.

По мере того как еда попадала мне в рот, мое сонное, полубессознательное состояние начало проходить. Я пришел в себя и понял, что все окружающее — это не ночной кошмар, а ужасающая реальность. Связанный патрульный лежал там, где его бросили, и смотрел на меня. Я высосал почти половину тюбика, когда до меня дошло, что для него ничего не принесли. Кроме того, он не мог есть сам. Я попытался подползти к нему.

— Heaт, — эти гортанные звуки не походили на хороший основной.

В руке нашего сторожа оказался лазер, и весь его вид говорил о том, что он, не задумываясь, выстрелит. Я остановился. Он велел мне вернуться на место.

— Остааавайся таам…

Я повиновался. Но не стал доедать. Похоже, что нашему сторожу приказано держать двоих пленников на расстоянии друг от друга.

Теперь я стал изучать патрульного. Опутанный веревками, он не мог пошевелиться. Он прилетел сюда один? Или с товарищами, которые станут его искать? Я бы дорого отдал, чтобы общаться с ним, как с Иити.

Вполне возможно, что у меня был какой-то скрытый талант, который Иити развил за то время, что мы были с ним знакомы. Может, я смогу сообщить своему сокамернику, что хочу войти с ним в контакт. Я собрал всю свою энергию.

То, что произошло потом, настолько поразило меня, что я чуть не выдал себя. Мне пришлось схватиться руками за голову, словно ее внезапно пронзила боль. Не знаю, помогло ли это скрыть мое волнение. Сторож вскочил на ноги, а его антенны начали быстро вращаться.

Мне ответили, но не тот, кто лежал на полу пещеры. Я получил ответ от Иити! Но это знакомое чувство пропало так же внезапно, как и возникло. Вспышка света посреди темной безлунной ночи.

Сторож вышел на середину помещения. Его антенны по-прежнему вращались, словно могли уловить наш разговор. Он переводил взгляд с меня на другого пленника, а на его лице читалось недоумение.

Я больше ничего не чувствовал, но догадался о причине осторожности Иити. Если сторож почувствовал наш контакт, то мысленно разговаривать нельзя. То, что мутант жив, обрадовало меня так же, как если бы я заполучил лазер.

Я продолжал играть свою роль, сжавшись и обхватив голову руками. Сторож остановился около меня и больно пнул металлическим мыском своего ботинка мне в голень.

— Чтоа тыыы? — его гортанную речь было очень трудно понять.

— Боль… голова болит…

— Разум говорит тебе… — Это было утверждение.

Я почувствовал, как неуклюжая слабая мысль промелькнула у меня в голове, но она не имела отношения к Иити. Этой попытке было легко противостоять. Низкорослый тоже обладал телепатическими способностями, но, возможно, ему было легче общаться с представителями своего вида. От меня он ничего не узнал.

Он начал рыскать по пещере, а его антенны непрерывно двигались. Этот орган чувств был у него очень развит, в этом я не сомневался. Но если бы он напал на след Иити, то не стал бы продолжать бродить здесь, а приступил бы к действию.

Где же прячется Иити? Я не мог определить, откуда поступил сигнал. Но то, что он жив!.. Я очень надеялся, что меня не станут допрашивать еще раз. Но если сторож продолжит подозревать меня, то мне снова придется испытать это.