Читаем Брат теней полностью

— Ты что думаешь, что все корабли выглядят одинаково? Даже у твоей расы есть несколько видов.

Конечно, он был прав. Ведь между кораблями вольных торговцев и кораблями колонистов очень мало общего. Аккуратные корабли вольных торговцев, созданные, чтобы рассекать атмосферу, в то время как корабли колонистов так громоздки, что вообще не входят в атмосферу. Вместо этого они используют лодки-перевозчики, переправляющие товар и пассажиров.

Я подошел клевому краю стены. Нос огромного объекта находился недалеко от меня. На нем стоят Иити. Его жесткую шерстку не мог прижать к телу даже дождь, а бусинки глаз вспыхивали при свете моего фонарика. Я подпрыгнул и бросился вниз, надеясь, что смогу достичь опоры.

Если бы у меня были пристегнуты магнитные подошвы, я наверняка удержался бы на склоне. Случилось то, чего я боялся. Я допрыгнул, но ноги соскользнули. Я попытался схватиться за растения, но они оказались слишком слабыми, чтобы удержать меня, и только вырывались с корнями. Я упал на землю и ударился так сильно, что у меня перехватило дыхание. Поврежденную ногу пронзила такая резкая боль, что я на некоторое время потерял сознание. Но капли дождя, падающие на лицо, привели меня в чувство.

Половина моего тела лежала под нависающей частью корабля. Если, конечно, это был корабль. Другую же мою половину терзала буря. Слабо цепляясь руками за землю, я кое-как забрался в укрытие.

Там я сжался, находясь в каком-то полубессознательном состоянии. У меня не было ни сил, ни желания двигаться. Фонарик выключился, и меня окутала кромешная тьма.

— Здесь есть отверстие, — слова Иити проникли в мое сознание, вызывая раздражение. Я закрыл глаза руками и начал медленно качать головой из стороны в сторону, пытаясь выразить свое нежелание разговаривать. Я не хотел подчиняться приказу.

— Сюда! Здесь есть отверстие! — властно повторил Иити.

Я огляделся, чтобы понять, где нахожусь. Нога ужасно болела. С тех пор как мы приземлились на эту негостеприимную планету, я постоянно находился в напряжении. Меня посетила неясная мысль, что с тех пор как я скучал на «Вестрисе» прошло немало времени. И за все это время у меня не было возможности передохнуть.

Меня мучил голод. В контейнере оставалось еще немного семян, но я не мог их есть. В моем понимании они не были едой. Еда — это горячий бифштекс величиной с тарелку, целая гора умело приготовленного латриса, взбитого и заправленного отановым маслом и травами, омлет из труракских яиц, подслащенный сиропом из почек барочника, или…

— Пустое брюхо сейчас будет выпотрошено нюхачами, — резко бросил Иити. — Они больше не нюхают возле стены. Они поняли, как обойти ее!

Мгновение назад я не мог пошевелиться, но слова Иити нарисовали в моем воображении картину, подействовавшую на меня, как удар кнута на отказывающееся повиноваться вьючное животное. Я все еще стоял на четвереньках, но все же пополз так быстро, как мог, к тому месту, где ждал Иити.

Я попытался зажечь фонарик, но он не работал. Наверное, сломался во время моего падения. Но где-то наверху меня ждал Иити и давал указания. Ему не удалось найти открытый люк. Зато он разыскал пролом в обшивке корабля. Я вскарабкался и, ухватившись за край пролома, попал внутрь. Наконец я лежал на наклонной поверхности, а вокруг меня разливался тусклый свет.

Это свечение исходило от окружавших меня растений, точно таких же, что я видел в лесу. Каркас корабля был, судя по всему, сделан из сплава, способного противостоять разрушительному действию времени. Зато внутренности корабля дали почву для произрастания растений-паразитов. Они росли и цвели сначала на остатках корабля, потом на том, что осталось от их предшественников, пока продукты этого цикла — жизнь, смерть, распад и снова жизнь — не заполнили все свободное пространство. Они отваливались огромными, дурно пахнущими глыбами, и рассыпались пылью, пока я медленно и неуклюже пробирался по этому помещению.

Поверхность, на которой я полулежал, была либо полом, либо стеной коридора. Он весь зарос растениями, но по мере моего продвижения внутрь их становилось меньше. Я прислонился к стене и оглянулся. Я был гораздо меньше нюхачей и едва пролез в отверстие. Через него мои преследователи смогут пролезть только по одному, да и то с трудом. Я буду защищать свою новую берлогу с ножом в руке. Теперь мы укрыты от бури, а ветер доносился лишь как слабый звук.

Я вдруг подумал, не был ли этот корабль целью, к которой вел нас камень? А если я начну исследовать эту разваливающуюся громадину, не набреду ли на машинное отделение с ящиком мертвых камней? 1

Я посмотрел на мешок, в котором хранился мой странный проводник. Но тусклого мерцания, которое камень излучал на болоте, теперь не было. Когда я вынул кольцо, оно было таким же безжизненным, как и до нашего космического путешествия.

— Они нюхают вокруг…

Одно из светящихся растений, закрывающих отверстие, качнулось, и я увидел тень Иити, который сидел съежившись и всматривался в темноту. При этом шея его была вывернута под каким-то совершенно невозможным углом.