Читаем Брат теней полностью

Связь прервалась, Харат отгородился экраном. Они получили то, что им нужно, и прекратили общение. Восстановить наведенный мыслемост, пробиться сквозь защиту Харата ей не по силам.

Из соседнего гамака доносилось размеренное дыхание Ясы. Саларикийка крепко спала, свернувшись, по своему обыкновению, уютным клубочком. Наверное, нужно разбудить хозяйку, сообщить, что подкрепление приближается.

И все же — откуда здесь Харат? Он ничего не пожелал объяснить Зианте — что ж, она тоже промолчит. Во всяком случае до утра. Или до нового сеанса связи.

Они встали рано. Опасаясь детекторов или подслушивающих устройств, Зианта решила рассказать Ясе, только когда они покинут корабль. Юбан ждал их уже одетый и снаряженный для похода — значит, он отправляется вместе с ними. Зианта поняла: ей придется удвоить осторожность.

Капитан джеков цепко следил за каждым ее движением, за руками, прикреплявшими к поясу мешочек с пищей и сосуд с тонизирующим питьем. Девушка чувствовала, что этот человек с радостью надел бы на нее упряжь, чтобы полностью подчинить себе. Заметила она и станнер у пояса капитана. Ни ей, ни Ясе Юбан не предложил никакого оружия.

Выйдя из корабля, они стояли некоторое время возле трала, молча озирая выжженную пламенем пустыню. Разве может быть, что именно здесь лежал ее город — кипучий, полный шума и красок?

На этой земле, израненной шрамами чудовищных взрывов, жизнь умерла много веков назад. Зианта непроизвольно поднесла руку к груди. Там висел на шнурке мешочек, внутри которого покоился артефакт. Только он мог указать ей дорогу в этой голой пустыне.

Яса подошла к девушке почти вплотную.

— Сингакок? — вкрадчиво, со скрытой издевкой спросила хозяйка. — Это и есть твой город?

Да, Яса имела основания так говорить с ней. Обезобразившие эту землю нагромождения камней не давали даже намека на следы какой-то разумной деятельности.

Девушка растерянно смотрела вокруг.

— Я… Я не знаю…

Где же башня? Где длинные улицы? Значит, она опасалась не зря: ее видение было лишь галлюцинацией, следствием переутомления и впечатлительности.

— Так куда нам идти? — Юбан и еще два вооруженных джека ждали ее указаний. — Что, решила подшутить над нами? Где он, твой город?

Яса повернулась к говорившему, глаза ее гневно сверкнули:

— Что ты знаешь о возможностях сенситива, пилот? Таланту нельзя приказать. Прозрение приходит само, оно не поддается насилию. Оставь девушку в покое. Настанет час— и она будет знать, куда нам направиться.

Лицо Юбана не дрогнуло, в глазах промелькнул холодный блеск. Зианта уловила за этой маской подозрение, смешанное с лихорадочным нетерпением. Она боялась этого человека, способного заметить малейшую фальшь и наказать за обман без жалости и снисхождения. Нет, она недостаточно умна и хитра для роли, которую назначила ей Яса. Она боится этих беспощадных глаз. Если она что-то обнаружит — скрыть находку она просто не сумеет.

Все четверо молча ждали, предоставив девушке возглавлять экспедицию. Ей ничего не оставалось, как исполнять их невысказанную волю. Зианта сделала несколько шагов по черным камням, запустила руку в мешочек, достала фигурку и сжала в ладонях. Затем закрыла глаза.

Видение пришло мгновенно — как сильный удар, едва не сбивший ее с ног. Она стояла посреди шумной улицы, заполненной людьми. Мимо с грохотом проносились какие-то диковинные машины. В ее мозг проникали обрывки чьих-то мыслей, но она ничего не могла понять, оглушенная исполинской мощью ворвавшейся в нее энергии.

— Зианта! — Кто-то тряс ее за плечо. Девушка открыла глаза и встретила пристальный, вопрошающий взгляд Ясы.

— Это здесь… На этом месте был город… — прошептала Зианта.

— Это замечательно. — Юбан быстро подошел к ним. Но как нам обыскивать его? Прикажешь повернуть время вспять? Нужны хоть какие-то следы. Где они? Скажешь ты, наконец, куда нам идти? — Его слова били наотмашь, содержали презрение и угрозу.

Видение не дало ей никакой конкретной информации. Ее руки крепче стиснули артефакт. А что, если открыть его и достать камень? Быть может, он подскажет нужный путь? Нет, этого делать нельзя. Она постарается, насколько возможно, не посвящая никого в тайну фигурки.

— Я попробую, — тихо сказала она, освобождаясь от рук Ясы. Подойдя к плоскому камню, села на него, склонилась и прижала артефакт ко лбу…

И мгновенно утонула в потоке лиц, множестве голосов. Они кричали и шептали, звучали то громче, то тише, говорили на давно умерших, никому не известных языках. Она сделала усилие, чтобы остановить этот вихрь, сосредоточившись на главном.

Сингакок… Туран… Она, бросала его имя, словно якорь, В круговороте жизни давно исчезнувшего города.

— Туран, — настойчиво повторила она.

Лица стали бледнеть, подернулись дымкой; голоса затихли и пропали вдали. А вокруг себя она услышала топот и шарканье множества ног. По улицам двигалась процессия — впереди Туран, а сразу за ним… Это ее место! Она обязана идти за Тураном!.. Бежать?.. Ничего не выйдет…

— Что с ней? — донеслось откуда-то издали. Она уже где-то слышала этот хриплый голос.

— Тс-с-с, — прозвучало в ответ. — Она ищет…